Сентябрь. Встречают начало осени — но это обычное время года для меня. Идешь по улицам, охлажденный дождем, чувствуя легкую задумчивость. Жизнь шла своим чередом, пока не наступила эта пора: в один прекрасный день — или скорее ужасный — моя жизнь начала переворачиваться с ног на голову и больше никогда не возвращалась к прежней轨道....
Ее голос звучал умиротворяюще. Становилось легко и спокойно на душе, не хотелось, чтобы она уходила.
Я слушал о своих родителях, и мне казалось, что все это произошло очень давно и не с реальными людьми. Но мне было приятно, новая информация заполняла пробелы, расставляя все на свои места.
— Спасибо тебе, бабуля, — сказал я, наконец, — ты мне очень помогла.
— Ну тогда и ты мне расскажи, что там у вас с проклятием? Мы все ждем с нетерпением.
Ее слова меня удивили. Я-то думал, что призраки не хотят уходить.
— Ждете? — уточнил я.
— Конечно, — она снова посмотрела на меня как на несмышленыша, — у всех должно быть свое место. И наше давно не здесь.
— Я думал, вы считаете иначе, — признался я, — что вы привязаны к этому миру. Мне казалось, многие души возненавидят меня, если благодаря мне проклятие будет снято.
— Да они все тебя поблагодарят! Это единственное, чего мы все желаем.
Я снова поежился.
— Шел бы ты домой, — тут же заметила бабушка, — совсем околел, губы синие.
— Домой, — хмыкнул я, — а где мой дом?
— Дом там, где нас ждут.
Словно в ответ на ее слова у меня зазвонил телефон. На экране высветилось: 'Дима'.
— Да? — удивленно ответил я. Бабушка сделала выражение лица: 'Я же тебе говорила'.
— Ты куда умчался? — в его голосе сквозила тревога. — Был сам не свой, позеленел, убежал, сказал, что спать, а сам умчался в неизвестном направлении. Что случилось, нужна наша помощь?
На душе сразу потеплело.
— Вот видишь, — шепнула бабушка, — дом там, где нас ждут, — и растворилась.
Я провожал ее взглядом, тихонько улыбаясь.
— Рома! — напугал я Березина. — Ну чего ты молчишь?
— Да здесь я, здесь, — отозвался я. — Я уже иду ДОМОЙ.
Я засунул телефон в карман джинсов и поднялся со скамейки, подтянул повыше воротник куртки. Потом глубоко вздохнул.
Бабушка права, уже ничего не изменишь, придется жить дальше с тем, что имеешь.
Я засунул руки в карманы и зашагал в сторону дома Березина.
* * *— Тук-тук, — я заглянул в комнату Димы.
Он по-прежнему сидел на кровати, но на этот раз с пультом от телевизора в руках и нервно переключал каналы, не в силах остановиться на чем-то одном.
— Ну слава богу, — выдохнул он и тут же отбросил пульт в сторону. — Ты нас напугал. Мне вдруг показалось, что ты не вернешься.
Дима даже представить не мог, насколько он мог оказаться прав и насколько я был близок к тому, чтобы сбежать.
Я ухмыльнулся.
— Еще чего.
