Сентябрь. Встречают начало осени — но это обычное время года для меня. Идешь по улицам, охлажденный дождем, чувствуя легкую задумчивость. Жизнь шла своим чередом, пока не наступила эта пора: в один прекрасный день — или скорее ужасный — моя жизнь начала переворачиваться с ног на голову и больше никогда не возвращалась к прежней轨道....
— Настоящее!
Прохорович посмотрел на меня, как на идиота.
— И что? — спросил он через бесконечную минуту.
— Как это — и что?
— Ты, что, не знал, что по кладбищам ходят призраки? Это все знают. Только их не все видят.
— Вы издеваетесь? — я решил на всякий случай уточнить.
Мне казалось, что я сошел с ума.
— Нет. Я тоже вижу призраков. Их многие видят. Эх, еще слышать бы. Они вечно что-то сказать хотят, но мы, живые, их понять не в силах.
— Как это не в силах?! — я аж подскочил на койке. — Она сказала: 'Рома, подожди, все хорошо'.
В ответ старик удивления не выразил, только пожал плечами:
— Тогда ты уникум, я еще ни разу не слышал, чтобы кто-либо мог понимать призраков. Или ты очень сильно ударился головой.
И он усмехнулся.
— Что смешного? — огрызнулся я.
— Ну, сам посуди, раз ты единственный, кто их слышит, они тебя в покое не оставят.
Дремучий случай…
Я закатил глаза и плюхнулся лицом в подушку. Потом вытащил ее из-под лица и накрыл ей голову. Меня трясло.
3 глава
20 сентября
Когда тебя просят о чем-то, что является неимоверно сложным, всегда хочется отказать.
Три дня прошли на нервах. Больше ко мне никто не являлся, но от этого было не легче, потому что я все время ждал что обернусь, и передо мной вновь предстанет та самая женщина в белом.
Бред! И я сам это понимал. Бояться надо тогда, когда на это действительно есть повод, а если трусить заранее и постоянно, можно просто свихнуться.
С другой стороны, может, мне все это привиделось, а кладбищенский сторож потом просто надо мной посмеялся, подыграл мальчику-шизофренику.
"На самом-то деле я понимал, что такими рассуждениями всего лишь пытаюсь себя успокоить. Получалось не слишком хорошо. Может, у меня и есть склонность к сумасшествию, но пока еще я точно не псих, ну, небольшие психические отклонения есть, ясное дело (а у кого их нет?), но случай мой пока что всего лишь дремучий, а не клинический.
Таким образом, вся моя вера рушилась. Я никогда не верил в сверхъестественное, а тут — на тебе.
В конце концов, я перестал себе врать, и признал, что да, я действительно видел приведение, и оно со мной разговаривало. Но я искренне надеялся, что этого больше не повторится. Ну, захотелось призраку поболтать, ну и шут с ним, наверное, сообразил, что я человек неразговорчивый, вот и оставили меня в покое.
