По Рязанской улице, где автобусные остановки кажутся центрами местного веселья, в сумерках собиралась компания ночных прохожих. Однако небо над городом казалось грустным и таинственным, ни малейших признаков радости или счастья в его глубинах. Люди верили прогнозам телеканалов, забывая о том, что прогнозы всегда предшествуют несчастьям....
Мустафа нервно рассмеялся:
– А как же еще? Автоматы лежат передо мной. А русские десантники на летном поле, лицом в бетон.
– Молодец, – голос в трубке потеплел.
– Что с бабой делать? – проявил самодеятельность Мустафа, хоть его никто и не просил об этом.
– Пока ничего не делай. Карауль всех.
Одноглазый вопросительно посмотрел на чекиста. Тот кивнул, мол, спроси о главном.
– Когда ты приедешь? Десант хоть и разоружился, но вечно лежать с руками за головой…
– Приедем после захода солнца, нельзя светиться.
Чекист выключил телефон и принялся перебирать вещи Мустафы, среди них отыскалась и фотография, на фоне стены стоял сам Мустафа и две девочки.
– Что ж ты так? – ухмыльнулся Вежновец, – сам воин, а сына так и не родил?
– Всевышний сына не дал, – огрызнулся Мустафа.
– Ну вот и отлично, а теперь отдыхай до поры до времени. Свяжи его, – бросил Вежновец радисту и, продолжая держать пистолетный ствол под ребрами у Мустафы, спросил прапорщика: – Обстановка на борту лайнера?
Со стороны самолета уже доносились частые одиночные выстрелы и короткие очереди.
– Может, им помощь нужна? – Вежновец рискнул отвернуться от пленника и взглянул в напряженное лицо прапорщика, тот стоял, приложив к глазам бинокль.
– Сами справятся, тем более что подмога не успеет – такие операции занимают от силы две-три минуты.
В помещении повисло молчание. Мустафа сидел на полу со связанными за спиной руками и вслушивался в далекие отрывистые хлопки, щека у него нервно дергалась.
* * *Лавров еще раз прокричал в мегафон команду и, отложив его, опустился на колени и, наполовину высунувшись из люка, протянул автомат старшему лейтенанту. Тот ухватился за лямку, подтянулся. Майор помог Барханову, уцепившемуся за порог, втащил его в тамбур.
– Вторая группа ждет у хвостового люка, – прошептал старлей, – на случай, если они попытаются уйти, а третья…
Майор подошел к занавешенному проему, ведущему в салон, стараясь при этом ступать как можно тише.
– Там у них порядок, – Андрей повернулся к бойцам и опешил, поняв, что старлей больше никого не ждет, – где остальные? Вы что, втроем самолет брать собрались?
– Третья группа… – Барханов перевел дыхание, – там еще один люк есть. Ребята его вскрыли, через него пойдут. Так мы их в клещи возьмем, с двух сторон.
