По Рязанской улице, где автобусные остановки кажутся центрами местного веселья, в сумерках собиралась компания ночных прохожих. Однако небо над городом казалось грустным и таинственным, ни малейших признаков радости или счастья в его глубинах. Люди верили прогнозам телеканалов, забывая о том, что прогнозы всегда предшествуют несчастьям....
– Какой люк? Где «там»?
– В хвосте…
– Так, может, через него отстой с толчков спускают? – Андрей говорил уже по инерции, отстегивая запасные рожки с ремня мертвого охранника.
– Да ну! Ты что? – даже обиделся старлей, – там багажное отделение…"
"– Когда они начнут?
– Как успеют… но не раньше, чем мы. Можно связаться по рации и переиграть.
– Подожди, – майор поднял руку, призывая старлея к молчанию, – значит, они с того конца начнут, а мы отсюда… Мы же на одной линии окажемся, перестреляем друг друга.
– Своих от чужих отличат.
– Все правильно. Ничего не переигрываем. Идем первыми, – решился Лавров, – в салоне восемь человек – один у двери, а остальные дальше, в глубине салона, ближе к хвосту. Первый мой, а остальных как-нибудь поделим.
«Только бы Ларису не задеть», – подумал Лавров.
– В левом ряду женщина, так что поосторожнее.
«Обстановка вряд ли поменялась – почти все боевики были в полусонном состоянии, одурманенные наркотиком».
Задача упрощалась тем, что отсутствовала необходимость брать всех живыми.
– Пока по салону будем продвигаться, людей за собой не оставлять.
– Ну, это само собой, – прошептал старлей, – здесь не Москва – за трупы никакой прокурор мозги вставлять не будет.
– Постараемся управиться до входа второй группы, – сказал Лавров.
Барханов оглянулся на сержанта, тот покачал головой.
– Справимся.
Майор сделал движение по направлению к занавешенному проему, но протянутая рука застыла на полпути – Лавров почти на подсознательном уровне почувствовал движение в салоне, хотя как он ни напрягал слух – не смог уловить ни звука.
Сделав предупредительный жест рукой, он замер. Барханов тотчас же направил ствол автомата на проем, но Лавров отрицательно покачал головой и дал знак отступить к багажному стеллажу. Сам прижался к перегородке рядом с проемом.
Тяжелая штора чуть заметно качнулась.
«Если он один, убрать надо тихо – хоть несколько секунд выиграем, чтоб остальные сориентироваться не успели», – только и успел подумать Лавров, а его рука уже автоматически тянулась вниз, где на поясе висел нож.
Штору чуть отвел в сторону ствол автомата, но тот, кто стоял по другую сторону, видел лишь открытый люк и больше ничего. Если бы противник был один, майор, не задумываясь, втащил бы его за ствол оружия в «предбанник», но этот вариант не подходил. Пальцы Лаврова сомкнулись на обтянутой резиной, чтоб не скользила, рукоятке ножа. Ствол автомата неторопливо пошел к командиру десантников, все больше и больше показываясь из-за шторы.
