До кучи патрули не успокаиваются. То с одной стороны пробегут, то с другой, постукивая щитами и латами. Совсем не расслабиться и не собраться с мыслями. Ощущение такое, будто меня заключают в незримое кольцо, прижимая всё ближе к летнему павильону, стоящему прямо посередине сада.
На открытой длинной веранде всё ещё накрытые столы, над которыми хлопочет несколько служанок, убирая всё после ночной гулянки. Похоже, гостей удалось разогнать только, когда подняли гарнизон «в ружьё».
Крадусь вдоль него, перебегая от куста к кусту, от деревца к деревцу. Успел приметить, конюшни с сараями уже обшарили, поэтому спешу туда, пока ещё темно. Вскоре подмечаю телегу наполовину гружёную отходами. Делать нечего, придётся закапываться в них и ждать, когда вывезут.
Но так не хочется!
Только собрался уже лезть, а туда лопатой навоз стали закидывать из телеги. Чуть брызги в лицо не попали. Мдя.
Шарахнулся в сторону, чтоб не приметил меня мужичок, а там дальше стражник стоит с длинным копьём, факелом и щитом за спиной! За сарай двинул, где уже стена, и всё это вместе образует коридор, из которого никуда не деться. Благо, есть кусты, где я и спрятался, чтобы выждать ещё.
Небо побагровело. Всё, допрыгался. Придурок в чёрном трико уж точно не останется незамеченным.
На конюшне суета, по голосам человека четыре. Лошадь ржёт. Ухожу дальше. Меж сараев бельё женское развешено. Из щели следующего сарая слышу какие — то шуры — муры.
— Алёнка, ну не жмись, давай по — быстрому, — клянчит мужчина.
— Да что ты такой нетерпеливый, — хихикает девушка игриво.
— Невмоготу по утрам, а ещё такая ночка, — отвечает. Сено шуршит, охи пошли.
— Ох, Стёпа, отпусти, — стонет. — Тётка Ягла с меня три шкуры спустит, если я к рассвету двух кроликов не принесу.
— Полчасика… — клянчит.
— Их ещё готовить надо, — говорит, но продолжает стонать.
— Пять минуточек. У меня смена заканчивается, потом клетку до рынка донесу.
— Хитрый какой, а обратно?
— И обратно…
Так! Понял! Рвусь к белью. Щупаю, что высохло лучше, и снимаю с верёвок платье, платок, панталоны. Напяливаю живенько и прячу своё шмотьё в куст, корнями в почву утягивая! Так точно не найдут. Перевязываю платок, как Дарья делала. Надеюсь, похоже на правду! Всё бы хорошо, обувь у меня чёрная. Крадусь в сарай, где эти уже кувыркаются вовсю."
"Из тюков сена только ноги и торчат. Подползаю, затаив дыхание. Мужик, только не заканчивай сейчас, потерпи ещё! Один тапок упал с женской ноги, второй ещё держится. Аккуратно подцепляю, чтобы кожи не касаться. Сдёргиваю, в такт её надрывных стонов, перехватываю на лету. В сторону отползаю, свои сапоги запихиваю в сено, напяливаю тапки. Тесные, но пойдёт.
На выходе из сарая оставлена клетка, вероятно, и есть та самая для кроликов.