В глубине души каждый из нас ищет то, что ускользает — теплый заботливый рукавичного голос мамы в бесконечных сборах. Но в каждой семье есть тот, кто оставляет печать на душе навсегда: пережившее расставание другая семья, где искренняя любовь преодолевает все препятствия. В этой части читатель погружается в мир людей, которые в поисках своих семейных истин идут на край света....
Похоже, «Другая семья» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Когда Алиса проговорила осторожно:
– Мам… Я так боюсь, что он узнает обо всем… Что мы с тобой сделали… Боюсь, не простит мне…
– А что ты такого сделала, скажи? Какое такое преступление совершила? Что у мужа в телефоне номер любовницы стерла? Так на то ты и жена, чтобы любовницу из его жизни устранить, ты право имеешь! Видишь, она даже не проявилась больше ни разу, будто ее и вовсе не было!
– Так она думает, что Филипп умер… И он мне не простит, когда правду узнает…
– А при чем здесь ты? Ведь это я ей сказала, что он умер, а не ты! Пусть меня и не прощает! Уж я переживу как-нибудь, ничего! Да я думаю, что он уж забыл ее давно, успокойся.
– Но тетя Роза говорила, что у него там ребенок, мам.
– Ой, да подумаешь, чего там Роза насплетничала! А даже если ребенок, то что? Кому это ребенок мешал бросить любовницу? Мужики – они ж такие сволочи по природе… Думаешь, у твоего папочки любовницы с ребенком не было? Он тот еще ходок был…
– Это правда, мам? Неужели у меня где-то есть брат или сестра?
– Да бог с тобой… Какие еще брат да сестра? Опомнись! Ты одна его законная дочь, а другие незаконные обойдутся! Их матери знали, на что шли… Говорю же тебе – все мужики сволочи и эгоисты, они больше о своем комфорте заботятся! И если женщина решает родить от женатого, значит, ей так надо, значит, какие-то свои проблемы решает.
– Ну, не все, мам… Филипп не такой… И я все время боюсь чего-то, понимаешь? Боюсь его потерять.
– Да нормальная ты была! По крайней мере, красивая да здоровая. А сейчас – на кого ты стала похожа? Все соки сама из себя вытянула!
– Зато Филиппа подняла на ноги, мам. А красота – дело наживное. Да и ерунда все это, если честно… Главное, я поняла, как это важно – самой любить.
