Филипп женился на Алисе, но она не любит его взаимно. Страдая от неразделенной любви, он ищет утешение в объятиях другой женщины. Когда появляется возможность создать настоящую семью с кем-то, кто его действительно любит, герой должен сделать сложный выбор между привычкой и счастьем.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Другая семья»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Филипп женился на Алисе, но она не любит его взаимно. Страдая от неразделенной любви, он ищет утешение в объятиях другой женщины. Когда появляется возможность создать настоящую семью с кем-то, кто его действительно любит, герой должен сделать сложный выбор между привычкой и счастьем.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Филипп женился на Алисе, но она не любит его взаимно. Страдая от неразделенной любви, он ищет утешение в объятиях другой женщины. Когда появляется возможность создать настоящую семью с кем-то, кто его действительно любит, герой должен сделать сложный выбор между привычкой и счастьем.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Другая семья» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Нет… В конце концов, когда-то начнется эта жизнь, когда-то эти бесконечные сборы закончатся…
А можно прямо сейчас начать жить. Хотя бы телефон включить и глянуть, кто звонил. Зачем он его вообще выключил?
О, как много вызовов-то! И по всем надо сегодня отзвониться. А от Алисы ни одного вызова нет… Как будто и его для нее нет. Вообще не существует.
Подумал так с горечью – и вспомнил! Они же сегодня должны были на день рождения к Юле идти, к Алисиной подруге! А он забыл…
Но ведь могла бы позвонить и напомнить! Вот вся она в этом, в снисходительной гордыне своей! Мол, если сам не вспомнил, то и напоминать не буду.
Кликнул номер – не ответила. Ну что ж, ладно… Другого он и не ждал. Тем более сам виноват, мог бы и вспомнить про день рождения Алисиной подруги. Можно было бы сейчас туда поехать, но он даже не знает, в каком ресторане событие отмечается. Виноват, виноват…
Клара Георгиевна вышла в прихожую, спросила удивленно:
– А где Алиса? Я думала, вы вместе на день рождения к Юлечке пошли…
– Нет. Я по делам ездил.
Соврал так непринужденно, что и сам себе поверил. Даже удивительно, как это у него получилось.
– Устал? Ужинать будешь? – заботливо спросила Клара Георгиевна.
– Нет. В дороге перекусил. Спасибо.
– Ну что ж ты – в дороге… Какой ужин в дороге? Нехорошо… Хоть чаю попей тогда. Алису не жди, я думаю, она поздно придет. Хорошо, если не под утро… Не жди ее, ложись, отдыхай. Юлечка всегда свой день рождения бурно празднует, ты же знаешь… Она женщина свободная, давно с мужем развелась. Отчего бы ей не похулиганить и бурно не отпраздновать? Она так считает, по крайней мере!
Он кивнул, улыбнулся понимающе. Да уж, мол… Бурно – это еще мягко сказано. Юлечка – та еще тусовщица неутомимая. Его всегда удивляло, на чем держится ее дружба с флегматичной Алисой. На том, наверное, принципе, что минус всегда притягивает к себе плюс? Или на чем другом?
Вообще, они дружили втроем. С детства. Третьей подругой была Ася, умненькая и скромная. И он так и не определил, кто из них Алисе был ближе – Юля или Ася. А может, каждая из них выполняла свою функцию… Юля была красивой и смелой подружкой, Ася – некрасивой и скромной. Красивую Юлю Алиса недолюбливала, а некрасивую Асю боготворила. Классика женской дружбы, что тут еще скажешь… Как Алисе удобно, так и дружит.
Вообще, если вдуматься, Алису очень легко по полочкам разложить. Беда в том, что он эти «полочки» не видит. Или обожествляет их так, что не видит. Или не хочет видеть… А что делать? Наверное, любовь из каждого мужика делает незрячего идиота. Мелкое-обыденное видится большим, наполненным каким-то чудесным особенным смыслом, где любое произнесенное слово кажется значительным, а каждый жест – королевским.
