В глубине души каждый из нас ищет то, что ускользает — теплый заботливый рукавичного голос мамы в бесконечных сборах. Но в каждой семье есть тот, кто оставляет печать на душе навсегда: пережившее расставание другая семья, где искренняя любовь преодолевает все препятствия. В этой части читатель погружается в мир людей, которые в поисках своих семейных истин идут на край света....
Похоже, «Другая семья» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ей хватает его любви, она в ней живет и вполне себе удобно устроилась, ответным чувством не заморачивается.
И что? Значит, надо уходить? Тем более у Кати будет ребенок… Это выход для него, получается? Пожалте в другие отношения, в новый удобный брак, где тебя любят, а ты можешь себе позволить ответным чувством не заморачиваться? Все зеркально наоборот?
А он этого хочет? Или так все же надо? Господи, ну почему он не может ничего решить, почему… И впрямь в бабах запутался… Почему он как адвокат может быстро принять любое решение, а как мужик – не может ничего?
Надо успокоиться как-то.
А может, лучше выпить? Зайти в бар и назюзюкаться по самое не могу… А что, хорошая идея! Вот как раз и бар за углом будет…
Припарковал машину, зашел, деловито уселся на высокой стул у барной стойки, проговорил бармену сердито:
– Мне напиться надо… Но так, чтобы своими ногами уйти. Машину я тут у вас на стоянке брошу. Завтра утром заберу.
Тот кивнул понимающе, спросил так же деловито:
– Виски, коньяк, текила? Водка, ром, бренди?
– Виски давай… После него голова не болит.
Бармен снова кивнул, налил ему виски, придвинул стакан.
Выпил одним махом, прислушался к себе. Ничего. Внутри по-прежнему полный раздрай. Наверное, подождать надо, когда виски до мозгов доберется. Жаль, что у него опыта нет, как-то раньше обходился без такого опасного допинга. В работе допинга хватало – каждое судебное дело, как шаги по лезвию ножа.
Краем глаза увидел, как сел кто-то рядом. Звонкий девичий голос попросил вежливо у бармена:
– Мне бокал белого вина, пожалуйста…
Повернул голову, чтобы глянуть на обладательницу звонкого голоса. Молоденькая совсем девчушка. Что она здесь делает, интересно? Может, тоже внутренний раздрай белым вином заливает?
А девчушка глянула на него заинтересованно, улыбнулась приветливо. И спросила вдруг:
– Вы ведь Филипп Аркадьевич Романовский, правильно?
– Да… А откуда вы меня знаете? Или страна должна знать своих героев в лицо?"
"– Ну, насчет страны я не знаю… А вас я знаю, Филипп Аркадьевич.
