В глубине души каждый из нас ищет то, что ускользает — теплый заботливый рукавичного голос мамы в бесконечных сборах. Но в каждой семье есть тот, кто оставляет печать на душе навсегда: пережившее расставание другая семья, где искренняя любовь преодолевает все препятствия. В этой части читатель погружается в мир людей, которые в поисках своих семейных истин идут на край света....
Похоже, «Другая семья» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Давай сначала доживем до твоего дня рождения, и все будет! – И добавила тихо, так, чтобы услышал только он: – Надеюсь, на дне рождения дочери и сам папа будет… Двадцать восьмое июня, ты не забыл?
– Ну почему я должен забыть, Алис… Даже странно…
– Да кто ж тебя знает? Возьмешь да забудешь. Ты ведь у нас очень занятой!
Клара Георгиевна кинула на дочь быстрый взгляд – так мол его, так… Но промолчала, слава богу. И он тоже промолчал. Хотя и мог бы ответить… Да, мол, я занят постоянно, я работаю много, деньги зарабатываю! Чтобы у вас все было, черт возьми! Чтобы жили сытно, ни в чем не нуждались! Да и не для этого ли вы держите меня около себя, если честно? Вам ведь добытчик в семью нужен, правда? Он только должен, должен, должен… А вы ему ничего не должны – обойдется!
– Папочка, а ты мне книжку почитаешь? Мне сегодня бабушка новую книжку купила! – попросила Яночка, сдвинув бровки смешным домиком.
– Конечно, почитаю, солнышко… Обязательно почитаю…
– Тогда пойдем прямо сейчас?
– Погоди, Яночка… Папа еще не поужинал, – проговорила Алиса, с улыбкой глядя на дочь.
– Нет, я готов… Спасибо, Клара Георгиевна, все было очень вкусно! – поспешно согласился он, поднимаясь из-за стола.
– Да на здоровье… Всегда рада стараться… – пробурчала теща, не поднимая глаз."
"Потом они сидели с доченькой на диване, читали книжку. Личико ее было сосредоточенным и внимательным. Он в который раз подивился – какой умный ребенок… И говорит хорошо для своих трех лет. И буквы все знает. Сказывается неустанное воспитание мамы и бабушки: целиком и полностью себя ребенку отдают.
Мысли невольно перетекли в другую сторону, то бишь вспомнил про Миечку тоже. Миечка другая, совсем другая. И говорит не так хорошо, и не так избалована, как Яночка. Катя ее с двух лет в детский сад отдала, Яночка плохо к новым обстоятельствам привыкала. И взгляд у нее был слегка настороженный, будто ждала от взрослых какой-то каверзы. Помнится, он сказал тогда об этом Кате, а она даже обиделась:
– Да чем ей плохо в детском саду, ты что? Да и нет у меня возможности с ней дома сидеть… И мама тоже работает, на пенсию выходить не хочет.
– Но ей там плохо, Кать… Она же маленькая еще… Смотри, какая она зажатая стала. И спит плохо, ты сама говорила.
– Ничего, пусть привыкает к трудной жизни! Нам с ней рассчитывать не на кого!
– Но разве я не помогаю тебе, Кать?
– Помогаешь, конечно же, помогаешь. Я ведь ничего не говорю, ни в чем тебя не упрекаю.
