Вам попался мост между жизнью и смертью, как будто специально устроили, чтобы вы оказались именно там. Чуть-чуть правее – и вот бы на тебе была ваша жизнь. Но здесь – все нормально. Иногда – довольно часто – такие микроскопические осколки или пули мы просто проходим мимо, не задевая. Потом начинает немного приживаться, как будто осваивал новое место....
И никогда больше не сталкивался ни с чем необыкновенным. И той дорогой больше никогда не ходил. И ни о чем подобном ни от кого не слышал – хотя я и сам тогда никому не рассказывал.
Что оно было такое, я представления не имею по сию пору.
…И танки наши быстры"
"Мой взвод в тот раз бросили в атаку десантом на броне. Дело не новое, пару раз уже случалось. Самое интересное – те чувства, что я всякий раз испытывал. Отчего-то, хотя был открыт всем пулям и осколкам – ну, конечно, от летящих спереди танковая башня все же заслоняла, – казалось, что ты так же защищен, как ребята в танке.
Немцы сначала что-то помалкивали, обстрел начался, когда танки влетели на окраину. Пара снарядов разорвалась далеко впереди, а вот третий они положили слева, близехонько.
И вижу: «тридцатьчетверка», которая шла следом, несется прямо на меня, так, что ясно: правой гусеницей она меня в аккурат по земле и размажет.
Одним словом, остались считаные метры, вижу, что мне хана, а поделать ничего не успеваю, ни времени нет, ни силенок, все еще от удара будто очумелый.
И вот тут что-то происходит! Все вокруг словно бы замерло, будто кинопленку остановили. Нет, не совсем уж замерло – но происходит все страшно медленно. Танк навис надо мной, грязный, темный, только траки сверкают, как отполированные.
