Иначе ему просто было не доползти до Кале или Бреста – черт знает, где у него порт приписки… А теперь они вернулись за добавкой!»
Фредерик, конечно, больше симпатизировал Российской империи в этой войне. Но Дании пришлось утереться, когда первые английские корабли прошли проливами еще в апреле. А когда в августе в Копенгаген пришла эскадра Непира, то и вообще стало ясно, что если Дания сделает хоть один неверный шаг, то повторится то, что англичане уже два раза делали с его столицей – эти сволочи назвали свои преступления «копенгагированием».
В 1801 году британцы уничтожили датский флот, заодно обстреляв столицу королевства, и нанесли Копенгагену большой урон. А в 1807-м от прекрасного древнего города вообще остались лишь одни закопченные руины. Да, русские тогда заступились за Данию. Но Фредерик помнил, как, будучи ребенком, он лазил по развалинам домов. Мальчику все это напоминало старинные сказки, но его отец, Христиан VIII, тогда еще кронпринц, и мачеха, Каролина Амалия, вспоминали о тех страшных событиях с содроганием.
– Боюсь, что мы не в силах им противостоять, – сказал король, на что фон Хансен ответил:
– Увы, ваше величество, но все обстоит именно так.
А военно-морской министр Билле кивнул с самым мрачным видом.
– Как вы полагаете, когда именно они появились в Хельсингёре? – спросил Фредерик.
– Около половины девятого утра, ваше величество, – ответил фон Хансен. – Рассвет у нас около семи, так что они дождались раннего утра, чтобы войти в Эресунн. Полагаю, что они будут у Копенгагена в самое ближайшее время.
– И не исключено, что их адмирал намеревается нанести мне «визит вежливости», – хмуро произнес король.
– Именно так, ваше величество, – согласился Блюме.
– Господа, я попрошу вас подождать меня в Синем кабинете. Хенрик, – монарх повернулся в сторону лакея, – приготовьте мне мой парадный мундир. И пусть на нем будет лента, звезда и цепь со знаком русского ордена Андрея Первозванного, которым в 1841 году наградил меня русский император Николай. Пусть эти сволочи побесятся, увидев эту награду.
Через несколько минут, когда монарший туалет еще не был закончен, к Фредерику подошел другой лакей.
– Ваше величество, английский вице-адмирал, сэр Чарльз Огл, и французский контр-адмирал, мсье Франсуа Тома Треуар, просят их принять.
– Пусть подождут в Зеленой гостиной, Ларс, – не скрывая раздражения, сказал король. Даже перед представителями этих могущественных европейских держав не стоило лебезить.
Когда он вошел в Зеленую гостиную, оба адмирала не спеша встали с мягких диванов и поклонились ему.
– Ваше величество, благодарю вас за то, что вы нашли время для того, чтобы принять нас, – сказал француз, хотя, конечно, это полагалось бы сказать сэру Чарльзу, как более старшему по чину.