У меня аж все кости, вплоть до зубов, заломило от фантомного ощущения той боли, что ей предстоит, но я быстро отмахнулся от незнакомого некомфортного чувства. Тут не сопли распускать нужно: обращение — дело житейское, боль преходяща, естественный процесс для нам подобных, а просчитывать порядок будущих действий и собственные осложнения и выгоды.
Из первых: моя мультяха теперь нуждалась в практически круглосуточном присмотре кого-то, кто понимает суть происходящего с ней. Сможет уловить тот самый «вот-вот» момент и обеспечить местом, уединением и станет контролировать до возвращения обратно в кожу. Кому я это смогу доверить? Правильно, никому, кроме себя. Ведь не в моих интересах афишировать ее происхождение, привлекая следом возможный интерес со стороны волчьей диаспоры. Ведь вопрос с тем, что они могут попытаться претендовать на одну из своих, открыт и весьма вероятен."
"Из вторых: девчонка понятия не имеет о своей природе, то бишь я буду тем, кто введет ее в мир оборотней, расскажет о ней самой. Я стану гребаным гуру, единственным светом в тоннеле паники и неизвестности, проводником в обновленное существование. Сказанное мной она будет вынуждена принять за истину, потому как спросить еще у кого-то пока нет возможности и предоставлять ее я не намерен. И все это приводит нас к тому, что у меня появляется шанс начать наши отношения, можно сказать, с нуля. Стереть изначальные обстоятельства, скотство моего первого обращения с ней, заменив на самоотверженную и, типа, бескорыстную заботу о себе подобной… Ладно, загнул. Мои действия вряд ли Аяна хоть когда-нибудь сочтет самоотверженными, а тем более бескорыстными. Но, кстати, под все ожидающее нас впереди веселье я смогу оправдать и жесткий контроль над каждым ее шагом и даже вдохом. После первого же переворота она станет меня еще благодарить за это со слезами на глазах. Ведь если бы не я, то кто же ее прикрыл бы, сберег все в тайне, приласкал, когда больно, пожалел и объяснил, как это милая девочка может перекинуться в мохнатую зверюшку.
Черт, у меня встал как камень, как только я представил себе наш секс в звериной ипостаси. Не в первый раз, само собой, но однажды…
Так что поздравляю, Аяна, ты принята на должность моей тени, хотя это я, скорее, буду твоей, не сводящей глаз, но официально и для всех это будет зваться «моя личная помощница». Охренеть, какая личная. И бля, Людмиле это точно не понравится.
Глава 28
— И кем я буду работать? — изумленно спросила я, но тут Захару позвонили и он, сделав мне жест заткнуться, ответил на звонок:
— Уваров.
Пожав плечами и понимая, что возражать нет смысла, я принялась раздеваться.