Девушка с раскосыми карими глазами, смугло как лунный свет, вызывает восхищение и негодование одновременно. Встреча со старшей знакомой шепчет о роковых принуждениях любви, а между ними витает тонкий дым атмосферы невысказанного желания и скрытых планов.
Шагнул ко мне — я шарахнулась, выставив вперед нож.
— Не вздумай слушать его! — Захар рванулся из кольца громил, но те впечатали его в стену обратно с глухим противным стуком.
— Прекратите! Вы! — заорала я. — Хватит его калечить!
— Ничего страшного с ним не случится, Аяна. — «Отец» подступил поближе и, сняв с себя пиджак, потянулся укрыть мои плечи, но я отшатнулась от него, неожиданно для себя еще и клацнув зубами. — Доченька, поехали, я виноват, что не заботился о тебе раньше, но теперь дам тебе ту жизнь, какой ты заслуживаешь.
— Я запрещаю!
— Не слушай его, он не вправе тебе приказывать.
— Только посмей!
— Я вас не знаю! — крикнула я наседающему на меня визитеру. — С какой стати мне вам верить?
— Для этого я привез того, кому ты можешь верить, — как-то чересчур уж довольно усмехнулся он и свистнул.
Через несколько секунд из темноты за дверью выступил невысокий на фоне сопровождающих его парень, и я мгновенно узнала его и поняла, отзвук чьего запаха уловила среди чужих.
— Савка! — дернулась я было к нему, но, тут же вспомнив угрозы Захара, осталась на месте.
— Лимонка! — Друг метнулся ко мне сам, обнимая, и я тут же выронила свое оружие, хватаясь за него. — Прикинь, мужик, похоже, и правда твой отец, — затараторил Сазан мне на ухо. — Ты теперь реально в шоколаде, и у нас все супер будет.
Едва Сава обнял меня, Захар прямо-таки окончательно взбесился.
— Лапы от нее убрал, мразь! — проревел он каким-то нечеловеческим голосом, заглушая слова Сазана. — А ты отошла от него! Аяна! Отойди, или я их всех…
Глухой звук удара оборвал его на полуслове, но будто отозвался болью и в моем нутре, отбрасывая от друга, а распирающий жар опять подступил ближе некуда.
— Не трогайте его! — заорала я.
— Ну, видишь? — новоиспеченный родитель с невозмутимым видом шагнул так, чтобы перекрыть мне обзор на Захара, будто бы и не слышал моего вопля. — Идем отсюда, Аяна.
— Не смей! — ревел котоволчара."
"— Сваливаем, Лимонк! — подступил ближе Сазан, заставляя ощутить себя зажимаемой в ловушку.
Кончилось? Что? Мои мысли все больше путались, обращаясь в удушливый хаос. И разве я все еще боюсь Захара? Нет… Нет! Но как и когда мой страх перед ним испарился?
— Аяна, не смей их слушать! — буйствовал мой личный демон.
— Вкатите ему еще дозу! — рявкнул «отец» и тут же приторно-нежно запел мне: — Детка моя, твой друг прав. Тебе не нужно бояться больше ни за себя, ни за друзей.
