В зале священников и придворных царила напряженная тишина, в то время как я стояла на алтаре. Мое волнение сменилось тревогой, когда я поняла, что моего избранника не будет на церемонии — он болен и не сможет принять наследие своего королевства. Это оказалась последней каплей для меня: мне предстоит сама стать новой императрицей, независимо от семейного горя....
"
"«Мы ещё посмотрим, кто тут под чью дудку станет плясать», — подумала я, уяснив, что хороших отношений со свекровью мне не построить. Но стоило супругу взять меня за руку и потянуть к выходу, как мозг словно отключился, превратившись в кисель, а в животе запорхали миллионы бабочек. Тех самых, которые когда-то помогли понять, что я по уши в него влюбилась.
Глава 3. Наваждение
Ни раскланиваться, ни прощаться не пришлось. Филипп просто утянул меня за собой в неизвестном направлении. Там, где его рука касалась моего запястья, всё горело огнём, будто он владел магией не камней, а пламени.
Не помню, сколько времени мы вот так шли, молча и довольно спешно. На этот раз навстречу никто не попался. Просто в какой-то момент высший остановился так неожиданно, что я влетела в его широкую спину, едва не расшибив нос. Он осмотрелся и, убедившись, что поблизости никого нет, щёлкнул пальцами, и перед нами открылся проход в каменной стене.
— Наедине, значит? — наконец обратился ко мне супруг, недобро сощурив глаза. — Что она тебе дала? Уколола ядовитой иглой? Ты пила что-нибудь? — Он принялся меня осматривать и касаться в тех местах, где по его предположению меня могли травмировать.
— Нет, — ответила я тихо, уже едва справляясь с мелкой дрожью, которую во мне вызывал голос высшего. — Я в порядке. Хотя по поводу напитков. Был там один, — припомнила я и только затем поняла, что всем телом подалась к мужу, но он предусмотрительно выставил вперёд правую руку и удержал дистанцию между нами.
— Вот как, значит. — Мужчина о чём-то задумался. — Ладно, я разберусь. Не вздумай больше даже смотреть на это пойло. — Диал сморщил нос, будто тоже знал, какое оно на вкус.
Мне же в этот момент он показался таким милым. Похожим на белого пушистого зайку.
— Филипп, поцелуй меня, а? — сказала я и только потом поняла, что именно.
— Не сомневайся, в своё время я непременно это сделаю, но сейчас нужно как-то избавить тебя от той дряни, которой угостила тебя моя мать. Она, видишь ли, спит и видит внука. Очень некстати пришёлся этот инцидент в армии.
— Да ты стратег, — не удержалась я и съязвила.
