В зале священников и придворных царила напряженная тишина, в то время как я стояла на алтаре. Мое волнение сменилось тревогой, когда я поняла, что моего избранника не будет на церемонии — он болен и не сможет принять наследие своего королевства. Это оказалась последней каплей для меня: мне предстоит сама стать новой императрицей, независимо от семейного горя....
Только старушка-нянечка Матильда иногда приносила книгу и выбирала одну из историй, которые я слышала уже раз по сто, чтобы рассказать мне перед сном.
Но однажды её не стало. Мне не сказали, уволили ли её за ненадобностью, так как я «уже выросла», или женщина сама ушла, но факт оставался фактом. Читать мне было больше некому. Я была обучена грамоте и знала, где лежат детские книжки, но стоило мне погрузиться в какую-нибудь историю, как я понимала: всё не то. Сказка куда волшебнее, когда её тебе рассказывает кто-то другой.
Дни шли за днями, недели за неделями. Я уже и думать забыла о том, чтобы в очередной раз попросить матушку что-нибудь мне прочесть. У неё были дела поважнее: новые украшения или сплетни об остальных возлюбленных отца. Сам же правитель почти никогда не мог найти время на каждого из своих отпрысков. Делами государства тоже нужно было заниматься.
Во дворце было жуть как скучно. На улице стояла промозглая осень, гулять не хотелось, а сидеть взаперти надоело до одури. Я бродила по огромным залам и коридорам в поисках интересного занятия.
Глаза продрала уже ночью, да и то лишь потому, что тело затекло и спать в кресле было жутко неудобно.
— Привет. — Приятный мужской голос раздался у меня за спиной. — Прости, если напугал, думал, здесь никого нет.
Обернувшись, увидела парня немногим старше меня. Он стоял неподвижно, держа в руке зажжённую свечу, будто и правда не хотел меня испугать. Сразу же обратила внимание на его глаза. Диал. Одежда странная, не местного пошива: кожаные штаны и куртка с замысловатой шнуровкой поверх белой рубахи.
— П-привет, — неуклюже поздоровалась я, не зная, как правильно себя вести с незнакомцем.
