В глубокой тьме ночи, Юля шепчет слова в ушах подруг, призывая забрать себя из жуткого зеркала. Эльвира, с ее хмурой улыбкой и пьяной песенкой, становится невероятно захватывающей backdropом для этого незнакомого ритуала. Но Юля не слушает ее — она видит нечто большее, что выходит за границы обычного, в зеркале отражается таинственная Золушка....
Верочка вскочила и изумлённо посмотрела на меня, моргнув.
– Иди ты, Юля! Вот это преображение! Вот это я понимаю, намотала на ус! – всплеснула руками секретарша, решив, что я вчера послушала её советы.
– Так лучше?
– Гораздо! – заявила Верочка и вдруг сощурилась, глядя на меня. – Не вздумай меня подсидеть.
– Что? Я только на практику пришла! Мне ещё целый год учиться! – опешила я.
– Смотри! А то расфуфыривалась!
Верочка поспешно встала и щёлкнула пальцами.
– Архив без тебя скучает. Вперёд!
Верочка постаралась убрать меня сразу же с глаз директора фирмы.
В общем, я нагрузила тележку папками и направилась к господину ксероксу. Мои каблучки весело цокали. Я думала обо всём, о чём угодно, даже не подозревая, что через несколько секунд столкнусь с братьями-Самсоновыми.
Я шла по коридору. Мне нужно было свернуть направо. Я свернула…
Жизнь моя вновь была почти прекрасна и необременительна, пока я не услышала позади себя торопливый топот ног и одновременный возглас двух мужских голосов:
– Ты?
Я подпрыгнула от неожиданности.
Боже! Я сразу узнала их голоса. Тимофей и Матвей!
Боженька, помоги мне скрыться от похотливых самцов!"
"Я припустила едва ли не бегом. Но плитка в коридоре была гладкой. Я поскользнулась, подвернула ногу и выпустила тележку из рук.
Тележка весело покатилась вперёд и на полной скорости врезалась в Самсонова-старшего, который как раз шёл мне навстречу. Тележка сбила его с ног. Мой благодетель рухнул, как подкошенный.
– Попалась, Золушка! – весело произнёс Тим, придерживая меня за плечи.
– Привет, Юля! – подчеркнул моё имя Матвей, негодующе сверкнув тёмными глазами, но тут же оглядел меня, спросив. – Ты не ушиблась? Нога не болит?
Парни придерживали меня с двух сторон сразу и бережно поставили на ноги. Матвей и Тимофей выглядели довольными. Их взгляды прогуливались по моему лицу и фигуре. Было ясно, что каждый из них вспоминал жаркие минутки, проведённые со мной наедине.
– Отпустите! – наконец, смогла вымолвить я.
Парни отпустили меня? Ничего подобного. Они переглянулись.
– Иди папашу подними, – мотнул головой Тим в сторону Самсонова-старшего.
– Сам подними, тем более, он мне не папа. А вот тебе грех обижать родного отца… – отозвался Матвей.
– Идите и поднимите своего отца вдвоём! – предложила им я.
