В глубокой тьме ночи, Юля шепчет слова в ушах подруг, призывая забрать себя из жуткого зеркала. Эльвира, с ее хмурой улыбкой и пьяной песенкой, становится невероятно захватывающей backdropом для этого незнакомого ритуала. Но Юля не слушает ее — она видит нечто большее, что выходит за границы обычного, в зеркале отражается таинственная Золушка....
Шлюховатая Ната мне и даром не нужна. Извиняться перед ней я не собираюсь. Я отпил шампанского и встал.
– Уважаемые домочадцы! Я рад, что все сегодня собрались за этим столом. Наконец-то у меня есть шанс разрешить все недоразумения, связанные с Натой.
Ната улыбнулась, поправив причёску. Отец обрадовался. Кутуковы польщено переглянулись. Матвей тоже был доволен. Почему-то он решил, что я вдруг пойду на уступки отцу, боясь его гнева.
Думаешь, что Золушка уже у тебя в руках, братец? Хрен тебе. Только мачеха улыбалась немного натянуто.
– Сегодня я могу открыто заявить, что был несправедлив в отношении. Наты. Да, дорогие домочадцы. Именно так. Я ошибался…
Я отпил шампанского. Ната задержала дыхание, довольно глядя на меня.
– Ната – не только шлюховатая и бездарная певичка, отсасывающая своему престарелому продюсеру. Она ещё и избалованная родителями настолько, что получает желаемое только путём шантажа.
– Что?! – одновременно взревел папаша и отец Наты.
– Да-да! Я не собираюсь жениться на блядюшке. Даже под страхом расстрела. Увы, но ваша дочка могла бы поспорить за звание большеротой с самой Клеопатрой!
После моих слов поднялся невообразимый шум.
Я уселся на своё место. Папаша и Кутуков бранились, стараясь переорать друг друга. Ната истерично подвывала на плече у своей матери.
Мачеха притворно хлопотала вокруг нашей придурочной семейки под назойливое тявканье шпица. Потом мелкая собака остановилась около меня и подозрительно присела.
– Ты мне за это ответишь, Самсонов! – ядовито прошипел Кутуков. – Я выдавлю тебя со строительного бизнеса, как гнойный прыщ!
Папаша что-то рявкнул в ответ. Я под шумок легонько пнул шпица под зад. Трусливый шпиц заверещал.
Внезапно погас свет. Следом раздался грохот битой посуды. Поднялась невероятная суматоха.
Прислуга включила свет через несколько минут. Столовая была испорчена. Дебильный шпиц прикусил дорогую скатерть, свисающую до пола, и потянул её, когда удирал от страха.
"Кутуков отирал винное пятно со своей рубашки. Ната брезгливо стряхивала с платья салат из морских водорослей. Наша семейка Адамс и Кутуковы выясняли отношения и обменивались угрозами ещё битых минут полчаса, прежде, чем Кутуковы уехали восвояси. Отец внезапно сильно сцепил пальцы на моём локте и толкнул в сторону коридора.
