В глубокой тьме ночи, Юля шепчет слова в ушах подруг, призывая забрать себя из жуткого зеркала. Эльвира, с ее хмурой улыбкой и пьяной песенкой, становится невероятно захватывающей backdropом для этого незнакомого ритуала. Но Юля не слушает ее — она видит нечто большее, что выходит за границы обычного, в зеркале отражается таинственная Золушка....
– В кабинет, поганец, живо!
Хватка папаши оказалась внезапно сильной. Сейчас он напоминал мне бульдога. С бульдогами лучше не шутить.
– Что ты устроил? – заорал отец. – Решил всё окончательно испортить?
– Я тут не при чём. Я сразу тебе сказал, что не собираюсь извиняться. Ната – гулящая баба, вот и всё.
– Нахрена было просить Полину организовывать ужин?
– Спроси у Полины. Я не организовывал ничего. Она сделала всё это сама!
– Ага, ври больше! Очень надо ей выгораживать тридцатилетнего балбеса! Полина сказала, что ты попросил её организовать ужин в узком кругу семьи! Полина любит мою семью и просила дать шанс тебе, охломону.
Папаня бушевал. В кабинет осторожно заглянула Полина.
– Милый, не стоит так нервничать. Кажется, я знаю, в чём причина такого поведения Тима. Он болен. Он просто слегка не в себе! – ворковала Полина. – Я нашла в его комнате использованный шприц.
– ЧТО?! – взревел папаша. – Мой сын – наркоман?
– Факты говорят сами за себя, – скромно заявила Полина, демонстрируя двумя пальчиками шприц.
– Это шприц от антигистаминного препарата, курва. У меня аллергия на твою грёбаную псину! – рявкнул я.
Полина прикрыла лицо руками и захныкала.
– Не повышай голос на Полину! Она желает тебе добра!
– Я не наркоман!
– Сдашь анализы, посмотрим! – папаша стянул галстук, меча на меня разъярённые взгляды. – Тест ДНК показал, что ты мой сынуля. Но насчёт наркотиков я не уверен. Полина права.
– Пошли вы оба на хрен собачий, – устало сказал я. – Всё. С меня хватит. Ноги моей в этом доме больше не будет. Можешь смело вычёркивать меня из своего завещания и семьи, папуля. Adios, muchachos!
Я прошёл в свою комнату, чувствуя невероятное облегчение. Теперь можно покинуть стены дома отца окончательно и не плясать под его сумасбродную дудку!
Я раскатал большую спортивную сумку, собирая в неё то ценное для меня, что ещё не успел перевезти к себе в отдельную квартиру.
В холле я столкнулся с отцом.
– Далеко собрался?
– Да уж подальше от тебя…
Я толкнул входную дверь и упёрся взглядом в бычью шею папиных охранников. Папа не таскал охрану всюду за собой. Но охранники у него были. На всякий случай. Видимо, тот случай наступил.
– Ты что, серьёзно? – спросил я, когда два амбала подхватили меня под руки.
– Увы. Не хочу, чтобы мой сын, даже такой, как ты, был наркоманом.
– Ха-ха… Давай. Ладно.
