В зале смычок деликатно взрывается, волны музыки проникают глубоко, будоража сердца и разум. Муркав кожаной тужуркой сидит там, наган из-под полы выпирает, патлатый лабух держится за высокую ноту, несмотря на трудности. Талантливый очкарик же виртуозно играет скрипку, его искусство вызывает слезы и восхищение....
Он вплотную приткнулся бампером к «девятке», достал из-под сиденья волыну, выжидательно посмотрел на Фурмана.
Фурман ничего не сказал, но тоже достал из-под сиденья пистолет, сунул его за пояс и первым вышел из машины.
А под ночным фонарем было уже весело. Чернявые парни кавказской внешности тянули руки к девчонке, а она в испуге пятилась от них.
– Эй, ты куда, красивая? Иди к нам! Мы тебя любить будем!
Девушка повернулась к ним спиной, чтобы убежать, но ее поймал за руку вышедший откуда-то из темноты плотного сложения парень в кожаной куртке.
– Ребята, езжайте дальше! Там такие красотки стоят, пальчики оближешь! – показал парень на соседний фонарь, под которым стояло еще несколько девушек.
– Слышь, ты сам сейчас пальчик оближешь! – хохотнул кавказец.
Парень был один, а джигитов – трое. И один из них достал из-под куртки кинжал. Обнаженный клинок тускло и устрашающе сверкнул при свете фонаря. Парень растерялся, но руку не разжал, и проститутка продолжала оставаться у него в плену.
– Иди, Вика, иди, – едва слышно проговорил сутенер, а это, судя по всему, он и был.
– Они же меня зарежут! – жалко пискнула девушка.
– Не бойся, мы тебя не больно зарежем! – засмеялся кавказец с кинжалом.
– Э-э... Двести долларов за час, – вспомнил сутенер.
– Зачем двести долларов? Мы ее бесплатно зарежем. И ее зарежем, и тебя!
Кавказцы были так увлечены созерцанием своего могущества, что не обращали внимания на Фурмана и Мотка, стоявших у них за спиной.
– А я тебя застрелю бесплатно! – неожиданно рыкнул Фурман.
Кавказец с ножом обернулся и остолбенел, глядя в ствол наставленного на него пистолета. Моток держал на прицеле его дружков.
– Девку сюда давай! – Для убедительности Фурман взвел курок, и кавказец вмиг разжал руки.
Вика могла просто убежать, но страх мешал ей сдвинуться с места.
– Иди сюда, кроха!
Девчонка как завороженная подошла к нему, подала руку.
– Брат, ты это... мы не собирались ее резать, – проблеял кавказец.
– Твои братья козу в сарае барают! Еще раз подрежешь меня, убью. Вопросы?"
"Вопросов у «детей гор» не было, а вскоре не стало и их самих. Сели в свою «девятку», и прощай. Даже к другим проституткам не решились подъехать.
