Спартак Никонов — уважаемый авторитет московского криминального мира, контролирующий прибыльный подмосковный рынок. Но его положение на вершине иерархии кажется неустойчивым. Перед ним встанут испытания, которые проверят его власть, честь и верность воровским законам.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Дважды коронован» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Спартак Никонов — уважаемый авторитет московского криминального мира, контролирующий прибыльный подмосковный рынок. Но его положение на вершине иерархии кажется неустойчивым. Перед ним встанут испытания, которые проверят его власть, честь и верность воровским законам.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Спартак Никонов — уважаемый авторитет московского криминального мира, контролирующий прибыльный подмосковный рынок. Но его положение на вершине иерархии кажется неустойчивым. Перед ним встанут испытания, которые проверят его власть, честь и верность воровским законам.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И Окунь помогает прессовать. Если что не так, опустят, и все дела... Тут барак петушиный есть, лучше застрелиться, чем туда попасть. А хозяин этому беспределу не мешает. Ему главное, чтобы порядок был. А порядок здесь, сам видишь, – вперед, и с песней...
– Я, это, чего сказать хотел, – спохватился Барбос. – Окунь за тебя зацепился, может, сегодня прессовать начнет. Ты за нас держись, – не очень уверенно сказал он. – Мы тут особняком, Боб у нас главный. Ты в законе, за свой титул держишься, мы таких уважаем. Так что, если вдруг что...
Барбос и хотел помочь Спартаку, но и страшно ему было. Поэтому и звучала в его словах надежда, что сегодня ничего не произойдет. Боб в какой-то степени уважаемый человек, он может договориться с Окунем, чтобы тот не трогал Спартака до завтра. А там его обратно в штрафной изолятор отправят, и все утрясется само собой...
Но Спартак был благодарен Барбосу и за такую поддержку. Только чутье подсказывало, что не успокоится Окунь, пока не сойдется с ним на ножах или пока в спину не ударит. Похоже, заказ на Спартака поступил – или от хозяина, или от кума. А Окунь всего лишь топор, которым ломают хребты...
– Я понял, что вы здесь особняком держитесь, – пристально посмотрел на Боба Спартак.
Тот отвел глаза. Он тоже одной своей половиной за вора, но другая не велит ему лезть в это дело. Потому и не обещает поддержку. Дескать, хватит и того, что Барбос об этом заикнулся."
"– Только посреди проруби вы болтаетесь, а надо к берегу прибиться. Красный берег не для вас, черный – тоже. Но черный берег все-таки ближе. Вы – братва, у вас понятия. А то, что заяву подписали, так ничего страшного нет. Вы же не блатные, на верность черной масти не присягали. И то, что на промке работаете, не беда. В отрицалы вас никто не записывал. Так что ваша масть должна за бараком смотреть. Не черная у вас масть, но и не серая. Темно-серая масть, почти черная...
– А в козырях красная масть, бубны и червы, – невесело отозвался Хруст.
– Перебивать надо.
– Надо. Но как?
Насколько понял Спартак, Хруст больше всех в команде хотел дать бой «козлам». Хотел, хотя и побаивался. Но ведь можно его растормозить. И его, и всех...
– Решать надо, как... – задумчиво проговорил он. – Но это потом. Из кондея выйду, тогда и решать будем...
– Во! – оживился Барбос. – Мы к этому времени коны наведем, ну, чтобы знать, как и что...
Он искренне хотел помочь Спартаку взять власть, но, втайне от всех и даже от себя, надеялся, что из штрафного изолятора его выпустят не скоро. А если выпустят, то направят в другой отряд. А как иначе? Ведь здесь у Спартака единомышленники, и Аржанов узнает об этом, сделает выводы...
– Ну вот, тогда и поговорим, – отмахнулся Спартак. – Сейчас нам другой вопрос обсудить нужно. Тяжко в кондее. Холодно. И голод не тетка. А завтра опять...
