Азами медленно шла по алле Центрального парка в фиалковом свете заходящего солнца. Ее старший брат внимательно оглядывался, как будто ища кого-то. Весенний вечер осенней ночи проникал через низкие деревья, создавая таинственный узор на лужайках.
Аллертон передал Пендергасту карту ее распространения, скопированную из Сети.
Пендергаст сравнил ее с картой, составленной для гравия. Они пересеклись только на одном участке площадью чуть меньше квадратной мили, расположенном к северо-востоку от Рамапо.
Затем Пендергаст открыл программу «Google Earth» и определил координаты. Увеличив масштаб до предела, он исследовал участок. Большую его часть занимал лес, тянущийся вдоль границы национального парка Харриман. Оставшуюся площадь занимал пригородный район, застроенный совсем недавно, и все дороги здесь находились в исправном состоянии.
Пендергаст выключил ноутбук и рванул с места так, что колеса взвизгнули, направляясь в сторону Нью-Джерси.
Через полтора часа он припарковал «роллс-ройс» на обочине дороги в полумиле от завода по переработке твердых отходов округа Рокленд, на поросшем лесом участке рядом с ангаром. За чередой сбросивших листву деревьев в лунном свете вырисовывался силуэт здания с одиноким фонарем, горящим над рифленой металлической дверью. На протяжении получаса Пендергаст наблюдал за ангаром. Никто не входил в него и не выходил наружу, здание казалось заброшенным.
Прихватив с заднего сиденья фонарик, но пока не зажигая его, Пендергаст выбрался из автомобиля и, прячась за деревьями, бесшумно подкрался к ангару. Осторожно обошел его. Единственное окно в здании было закрашено черным.
Он включил фонарь и опустился на колени, снова вздрогнув от боли. Вынул из кармана образец гравия и сравнил с камнями, которыми выравнивали дорогу. Сходство оказалось полным. Пендергаст выковырял из-под гравия комочек грязи и растер между большим и указательным пальцем.
Проскочив открытое пространство перед ангаром, Пендергаст прижался к рифленой стене и, пригибаясь, двинулся вдоль нее в сторону входа. Снаружи здание выглядело ветхим, отслужившим свой век, без каких-либо признаков присутствия человека. И все же замок на двери был слишком новым и дорогим для такой невзрачной постройки.
Пендергаст приподнял замок и почти с нежностью провел по нему рукой.
