"
"На произвольной я все-таки вынужден был остановиться, понимая, что рука опухла. Елена Чайковская, комментируя, сказала, что я не спортсмен, другие говорили, что я слабак, не могу докатать программу, а я лишь был заложником ситуации. Мне разрезали рукав, и в таком виде я завершил программу.
Мы с Машей заняли 7-е место, конечно же проиграв Кавагути – Смирнову. Это означало, что на следующий сезон борьба за первое место в сборной будет еще более сложной для нас.
Впрочем, о следующем сезоне я пока не думал, потому что надо было понять, что происходит с рукой.
Мне сделали полностью МРТ, стало понятно, что когда Маша локтем попала мне в лоб, у меня образовался обратный хлыстовой перелом. Есть такая травма, обычно ее получают в машинах при резком ударе, когда сильно дергается шея. У меня обратный перелом, потому что голова резко откинулась назад и сломался позвонок. Мне поставили позвонок на место, опять надели ошейник, и была одна надежда, что образуется костный блок. И в этот момент, как я потом узнал, Олег искал на мое место другого партнера… В пару к Маше приезжал пробоваться мой друг Жером, пока я был в больнице.
МЕЖДУНАРОДНЫЕ СУДЬИ ОТДАЛИ ПРЕДПОЧТЕНИЕ НАМ С МАШЕЙ, ПОКАЗАВ, НАСКОЛЬКО СУБЪЕКТИВНЫМ БЫЛО СУДЕЙСТВО В РОССИИ.
Глава 5
К предсезонке в Чикаго я полностью восстановился. Правда, голова влево поворачивалась с трудом, но работать это не мешало, болей не было. Можно было тренироваться.
Нас поселили уже у другой семьи, тоже у выходцев из СССР.
Я снова жил в подвале, с той разницей, что теперь я был совершенно один. Я, конечно, уже сам водил машину и сносно говорил по-английски, но общения не хватало. Все-таки в прошлый раз мы много времени проводили с Жеромом, а сейчас на выходных было тоскливо. Маша постоянно проводила время с Олегом, общаться по большому счету было не с кем.
Когда становилось совсем скучно, я брал машину и ехал куда глаза глядят. Мог кататься по нескольку часов. Останавливался в каком-нибудь маленьком городке, ужинал и возвращался домой с помощью навигатора.
Так себе развлечение…
Иногда звонил по скайпу в Детройт своему другу Дейвидасу Стагниунасу, выступающему в танцах на льду за Литву. Мы болтали часами, и иногда я уговаривал приехать в Чикаго, потому что тут жили его родители. Между тем отношения Маши и Олега перешли в то русло, когда окончательно пропала субординация, что мешало работе.
К новому сезону в этот раз мы поменяли обе программы.
