Сейчас, конечно, лучшим вариантом было бы спрятать её в пространственное кольцо. Но как это сделать на глазах солдат и Бойко? Разум лихорадочно искал решение. Сержант в сговоре с теми, кто это провернул? Судя по его виду, скорее всего, нет. Просто пешка, которая выполняет приказ.
— Олег Макарович, — начал я, стараясь придать голосу уважительный тон, — а тут гостиница есть?
— Ты в части будешь жить, как все! — отрезал сержант, сверкнув мутными глазами.
— Это понятно, — кивнул в ответ. — Я про девушку, поселил бы её там.
— А дальше что? — Бойко расплылся в неприятной ухмылке. — Помрёшь, и она на паперть пойдёт или дырками торговать.
Я молча сжимал руку Лахтины, чувствуя, как она дрожит от ярости. Ещё немного, и девушка действительно попытается убить этого алкаша.
— Мы можем заехать? — посмотрел на военного, стараясь скрыть растущее раздражение.
— Нет. Не положено, — отхлебнул он из фляги, смакуя содержимое.
В голове мелькнула идея. Я полез в сумку с кристаллами с нарочито деловым видом. При этом незаметно активировал пространственное кольцо. У меня всё ещё оставались запасы после экспериментов с хемофагами, и вот одна из заначек переместилась в мою руку.
Аккуратно достал трёхлитровую банку жёсткого пойла. Гремучая смесь, от которой нормальный человек слепнет, а ненормальный — получает пару часов неземного блаженства.
Жидкость плеснулась внутри, когда машина повернула. Глаза сержанта, как намагниченные, проследили за движением напитка. Он жадно сглотнул, кадык дёрнулся вверх-вниз.
— Это?.. — спросил мужик, не отрывая взгляда от банки.
— Моя благодарность, — улыбнулся я, чуть покачивая ёмкостью.
— Взятка? — попытался насупиться Бойко, но глаза выдавали алчное нетерпение.
— Ну что вы… — подмигнул ему. — Из моего дома. Очень сильная штука, с одного стакана мужика вырубает.
Удивительно, но пока я это говорил, у сержанта слюни потекли по подбородку, словно у голодного пса перед куском мяса.
— Солдатам не положено иметь алкоголь! — тут же схватил он банку с такой скоростью, которую я не ожидал от его затуманенного мозга.
Бойко жадно открыл крышку и понюхал. Пары спирта быстро разнеслись по кабине машины. Лахтина чихнула, а я поморщился. В тепле запах ощущался ещё сильнее, выедая глаза.
Сержант же вдохнул эту гадость, словно аромат полевых цветов. Его лицо мгновенно разгладилось, стало почти благостным. Он выглядел как верующий, узревший божественное откровение.
— Заедь к «Трём кораблям»! — бросил военный водителю, не отрывая взгляда от банки.
