В зеркальной атмосфере страха и напряжения, главная героиня ощущает холодный взгляд мужа, когда он раскрывает ей свою тайну. Паника заставляет ее отступать по стене, словно убегая от смертельного удара, пока сердце не замерло в страхе и диком желании убежать.
Что будет со мной и детьми, если правда всплывет наружу? Все СМИ будут вытряхивать грязное белье всего семейства, пройдутся по близнецам и докопаются до правды их рождения с учетом того, что Давид собирается по документам стать им отцом. Замираю, когда слышу, что Олег выключает воду в душе, больше не слышен плеск воды.
— Черт! — чертыхаюсь и быстро кладу все бумаги, кроме заветного пакета, обратно в сумку мужа. Будущего бывшего мужа. А в потайной карман судорожно запихиваю другой документ, с барабанящим сердцем и трясущимися руками убираю сумку на место, будто я к ней и не подходила.
Поспешно возвращаюсь в комнату, где сплю я и дети, и ненадолго присаживаюсь, раздумывая над дальнейшими планами. Как там говорил Олег? Весь антиквариат для аукциона принадлежит мне? Что ж, значит, и деньги пойдут мне. Для дальнейшей жизни должно хватить, а после я устроюсь на работу, как и планировала, и всё у нас будет хорошо. Подальше от всех.
Глава 27
На следующее утро меня и детей ни свет ни заря поднял Давид.
— Мама, мама, — радостно прыгают на мне дети, пока Давид стоит у косяка, скрестив руки на груди и глядя при этом на меня с каким-то странным выражением на лице.
Будто съесть меня хочет или же раздеть… Натягиваю одеяло повыше и смотрю на него хмуро, чтобы отвернулся. Он лишь закатывает глаза и уводит детей.
— Я помогу им умыться, а ты пока приводи себя в порядок, — кивает ничего не понимающей мне, а затем поясняет: — Помнишь, ты обещала, что мы съездим к маме?
И смотрит на меня так пристально и с намеком, я аж от стыда чуть ли не краснею. Боже, я ведь действительно забыла об этом.
Наутро в доме деда он рассказывал о своей маме, вкратце, не вдаваясь в подробности, но я поняла, что он очень за нее переживает.
Что ж, напоследок, думаю, с моей стороны это будем меньшее, что я могу сделать. Всё же он действительно отец моих детей, а я храню тайну о смерти его отца.
— Да-да, сейчас, — киваю, дожидаюсь, когда он уведет детей, а потом собираюсь сама.
Проверяю на всякий случай собранные с вечера сумки, прячу в шкаф и выхожу. Дорога до психбольницы занимает полчаса.
