В зеркальной атмосфере страха и напряжения, главная героиня ощущает холодный взгляд мужа, когда он раскрывает ей свою тайну. Паника заставляет ее отступать по стене, словно убегая от смертельного удара, пока сердце не замерло в страхе и диком желании убежать.
А потом, ни словом не обмолвясь, покидаем аэропорт и садимся в машину Горского. И я попадаю в плен его глаз. Всё это время, пока я находилась в эйфории от того, что он живой и здоровый, ни одной мысли не возникало в голове. А теперь реальность снова обрушивается на меня водопадом.
— Мы ждем, — отвлекает нас от разглядывания друг друга недовольный голос Тома, Гектор же вторит ему в унисон.
Беспомощно смотрю на Давида, он лишь уверенно улыбается и признается детям, что это правда и он их отец.
Глава 30
Давид
Дети несильно радуются тому, что узнали.
Сначала изнутри поднимается волна гнева, что всё могло быть по-другому, но я быстро привожу эмоции в порядок. Сегодня я узнал, что было в той папке, и только лишний раз убедился, что Ева была не виновата, так что вся эта катавасия длиною в шесть лет — больше моя вина, чем Евина.
"— Что произошло, Давид? Я видела по телевизору, что ты попал в аварию, — вдруг всхлипывает Ева, когда мы остаемся наедине.
Я привожу их к себе в дом, где им троим законное место. Дети уже спят сладким сном, а мы с моей девочкой сидим в холле на диване, при этом обнявшись, аки влюбленные подростки. Впрочем, это так и есть. Мы, может, уже и не подростки, но влюбленные точно.
— Это долгая история, Ев, — говорю с легкой горечью и печалью в голосе, ведь сейчас мне придется ее огорчить и разочаровать.
Детектив, которого я нанял в свое время, нарыл всю информацию о ребенке Миланы, о котором она всё время талдычила. Оказалось, что ребенок действительно был рожден, вот только… Умер сразу же после рождения, не прожив и десяти минут.
Печаль, скорбь… Вот что я ощутил в тот момент. Но затем в голове возникли образы Евы и детей, которых я обрел спустя столько лет, так что легкий флер грусти хоть и витал на периферии сознания, но больше не довлел надо мной.
«Будьте осторожны, Давид, — вдруг сказал мне детектив, а затем продолжил, когда я непонимающе посмотрел на него: — Отец вашей жены настроен весьма решительно, чтобы получить опекунство. Репутация у Стоцкого весьма колоритная. Советую всё же быть начеку».
Тогда я не придал этому особого значения, полагая, что тесть не станет вредить своему партнеру. Но, направляясь в спешке на аукцион, даже не подозревал, что в машине откажет тормозная система.
