В зеркальной атмосфере страха и напряжения, главная героиня ощущает холодный взгляд мужа, когда он раскрывает ей свою тайну. Паника заставляет ее отступать по стене, словно убегая от смертельного удара, пока сердце не замерло в страхе и диком желании убежать.
Всегда мне завидовала, даже детей от тебя родила… Но это еще вопрос, от тебя ли! Надо сделать анализ ДНК, любимый, я уверена, что она просто обманула… Почему ты не просишь ее…
— Успокойся! — холодно бросаю, отходя в сторону и беря стакан воды со стола. В горле пересохло, настоящая Сахара. Делаю глоток воды, а сам вспоминаю близнецов. Их лица, улыбки, озорные глаза. Темные, как у меня, волосы. Я достал детский альбом, хотя и так не было сомнений.
Специально спросил у матери, где он, хоть прекрасно знал, где лежит.
Нет. И без всякого теста понятно, что они мои. Чувствую, знаю и проверять не намерен. Кровь и плоть Горских, ничего от гнилых Стоцких. С шумом ставлю бокал на стол, чуть расплескивая жидкость, но мне не до этого.
— Ты не в себе, я понимаю. Дети для мужчины важны, особенно с таким положением, как у тебя, — Милана подается ко мне и прикасается ладонями к моей груди, что вызывает у меня омерзение. — Но ничего, мы найдем нашу девочку, и всё у нас будет хорошо…
— Кстати, об этом, — отталкиваю ее руку, выпрямляюсь, окидываю ее отрешенным взглядом.
Вижу, что она неправильно трактует мои слова и сияет.
— Вот и правильно, Давушка, — почти что подпрыгивает на месте, — найдем ее вместе и станем счастливой полноценной семьей.
— Ты не поняла, Милана! — осаждаю не в меру радостную жену, рявкая на эту идиотку, у которой солома вместо мозгов. — Никаких нас больше нет и не будет! Я, как и прежде, настроен на развод, так что, если ты вздумаешь выкинуть какой-нибудь фортель, сто раз подумай.
Она молчит, только нижняя губа ее дрожит, а уголки глаз наполняются слезами. Но за годы брака я давно понял, что грош цена ее фальшивым слезам и истерикам. Ей стоило идти в театральный, не иначе.
— Чем она лучше меня? Между ног что-то волшебное? — Милана сразу превращается в мегеру, едва поняв, что она не может на меня повлиять.
