В холодном осеннем душевом боксе Игоря встречаются страстная жертва и ее спаситель. Его грубые прикосновения пробуждают беспомощный страх и желание остаться с незнакомцем. Опустошенные слезы, но в то же время четкая ясность действий — Крис пытается остановить трагедию, даже когда уверенность исчезает под напором страха....
Похоже, «Двойная взлётная 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Держу две небольшие банки огурцов, прижимая к груди, хорошо, что я успела вновь быстро принять душ и одеться, а то так бы мы никогда не вышли из квартиры, продолжая заниматься сексом. А в доме половозрелый подросток, он все понимает.
— Я не хочу соленья.
— Потом захочешь, беременные все хотят огурцы.
— Ты много знаешь беременных?
— Нет, ты одна такая.
— Это предвзятое мнение.
— Не волнует, дай я положу их в чемодан. Потом захочешь, и где я буду тебе их искать?
— А если я захочу копченой стерляди, найдешь?
Вопрос был задан чисто ради интереса.
— Найду, дай сюда.
Игорь забирает банки, возится с замками на чемодане, вертя его в разные стороны так, что еще немного, и оторвутся колесики.
— Я не поеду к матери, и не проси, лучше в общагу. К тому же там через пару дней закончится ремонт, а эти дни перекантуюсь у Ани.
Аня, которую я и в глаза не видела, доверия внушала меньше, чем общага.
— Кстати, у нее папа — мент.
— Как интересно, тебя прям так и мотает от преступлений к закону и порядку.
— А тебя вот что-то в обратную сторону."
"— Так, а ну, не огрызаться на сестру, иначе вообще поедешь первым автобусом на историческую родину, к мамке родной, — говорю повышая голос.
— Да накажу так, что помнить будешь долго, — Громов поддерживает меня. Стоим над подростком как два строгих родителя.
— Игорь, вот не надо, давай без угроз.
— Я еще и не начал угрожать. Сёма, собирай рюкзак, трусишки там, теплые вещи, носки шерстяные, устроим тебя в прекрасный санаторий.
— Это в каком санатории нужны шерстяные носки? Сухарей, может, еще насушить да чая с сигаретами купить? — Сёма не перестает пререкаться.
Забавные они, Громов бесится, какой-то малолетний сопляк на него огрызается, вижу, как раздувает ноздри. Семён, конечно, нарывается зря, но что с него взять, дитя улиц.
— Так, мальчики, брейк, — развожу руки в стороны, призывая замолчать и поговорить по существу.
— Нет, Крис, ты слышала, какой он борзый? Надо заняться воспитанием, вот прямо сейчас.
— Игорь, я сейчас займусь твоим воспитанием, если ты не успокоишься, и проблему решу и никто и никуда не полетит.
Сопит, смотрит так, что мы должны вспыхнуть синим пламенем и упасть к ногам пеплом.
— Семён соберет рюкзак, берет зубную щетку и паспорт, быстро.
Братик опустил плечи, поплелся в отведенную ему комнату.
— Сплошная тирания и беспредел.
— Я все слышу. И живее там. Так, что это за санаторий? — обращаюсь к Игорю, внимательно заглядывая в глаза.
