Автор
В мирной советской России 1960-х, где личности хуже пепла, прячутся только тогда, когда это опасно. Когда секретный агент обнаруживает, что его новый кодовое имя — "укать", он начинает думать, что мир и в самом деле окончательно проиграл. Но каким-то образом приходит заказ на убийство к самому Никите Хрущеву. Теперь он не просто должен скрыться от шпионов: теперь его жизнь — это двойное сердце агента, где каждый шаг может быть смертельным....
– Только про сроки, порученные тебе партией и правительством, не забывай!
– Мы как раз хотели согласовать второй испытательный пуск по программе «Восток», – вмешался Царев. – Теперь уже с животными на борту.
– А чего со мной согласовывать? – неожиданно доброжелательно отреагировал Сидоров. – Вон товарищ Романский теперь это курирует – с ним и согласовывайте.
И, вновь бросив взгляд на портрет Хрущева и приняв его позу, закончил:
– Все! Все свободны.
Кабинет опустел. С Сидоровым остался лишь один Закарпович.
– Может, все-таки вам переговорить с Никитой Сергеевичем насчет Волжанского завода? – плаксиво заговорил он. – Передали б Юнгелю…
– Дурак ты! – осадил его Сидоров. – Если завод забрать, с них взятки гладки. По объективным причинам их проект «Восток» закрыт, и все. А мне надо, чтоб Романский дело провалил. Понял, академик?
* * *Волжанск, помимо сложного технологического производства, всегда славился своим пивом. Буквально в ста метрах от пивзавода прямо на набережной вокруг палатки были расставлены высокие круглые столики.
Олейников и барыга уже выпили по кружке и допивали по второй. Стоящий напротив них Потный даже не притронулся, лишь исподлобья сверлил Олейникова желтоватыми глазами.
– Шатун – мужик серьезный, – весело отхлебывая пиво, разъяснял Олейникову белобрысый. – Чуть что…
И барыга, сделав страшное лицо, чиркнул ребром ладони по горлу:
– Цацкаться не будет! Я вот…
– Пасть заткни! – резко осадил его Потный и, повернувшись к Олейникову, спросил: – Ну, так в чем цимус-то?
Олейников сделал глоток, оглянулся по сторонам и немного сипловатым голосом сказал:
– Мозоли будоражить в мастерской никакой хотелки нет – и так на зоне натягался.
– Слезу давишь? – ехидно спросил Потный.
– Дело хочу предложить, – пояснил Олейников.
– Так о деле и базарь!
– У вас в городе один богатый фраерок имеется…
– Много у нас фраерков… – зевнул Потный.
– Все, да не все, – хитро улыбнулся Олейников. – Да и со всеми его сравнивать, как шашлык по-карски с баландой.
– Не томи, дядя. Называй, – с наигранным безразличием сказал Потный."
"– Тебе не буду. Мне гарантии человека авторитетного нужны. Я ведь долю хочу, а не подарок тебе ко Дню взятия Бастилии сделать. Для того мне Шатун и нужен. А если вам без интереса, то и без вас моторы найдутся.
