Виртуальный Двор, мрачный и загадочный мир теней и неравновесия, где каждое слово имеет смысл. Аркадий Львов исследует глубины человеческой души и общественной жизни Одессы через метафоры и символизм, создавая невидимые связи между персонажами, которые ведут к сокровищам однажды открытого Двора....
— Дурак, — засмеялись Зюнчик и Колька, — Земля название земли, а Одесса название Одессы. Понял?
— А почему Одесса всегда с большой, а земля не всегда?
Зюнчик и Колька опять засмеялись, сказали Оське, сразу видно грамотного, и объяснили: названия морей, рек, озер и городов надо писать с большой буквы, а Одесса — это же город. Или не город?
Оська подтвердил, что Одесса — город, а названия городов пишутся с прописной буквы, но тут же вспомнил про солнце, которое в миллион раз больше Земли и, кроме того, одно на небе, а пишется с маленькой буквы.
— Да, — сказал Оська, — неба нет, небо — это просто воздух. А солнце социализма мы писали с маленькой буквы. А надо с большой: солнце социализма одно — только в СССР.
В этот раз Колька и Зюнчик согласились: если по правилу, надо писать, конечно, с большой.
Вечером, когда солнце спряталось за колокольней Успенской церкви, Аня Котляр выскочила на минуту с ведром, чтобы набрать песка.
— Сопляки, — возмутилась Аня Котляр, — человеку надо ведерко песка, так я буду их спрашивать. Сопляки!
— Мадам Малая! — закричал Зюнчик. — Она ворует песок!
Оська помчался на второй этаж и стал барабанить в дверь Клавы Ивановны, как на пожар.
Клава Ивановна выбежала с фартуком через плечо, в калошах на босую ногу, проклятая подагра замучила так, что она была бы рада босиком ходить, и схватила Оську за плечи:
— Что такое? Что ты орешь, как недорезанный петух?
— Она ворует песок! Мы не даем, а она все равно ворует!
— Кто она? — затрясла кулаками мадам Малая и как была, с фартуком и в калошах, бегом спустилась вниз.
Аня Котляр стояла уже возле своего парадного, но войти не могла: впереди, заслоняя дверь, прыгал из стороны в сторону Зюнчик, а сзади, когда положение делалось угрожающим, хватался за ведро Колька.
— Байстрюки! — кричала не своим голосом Аня. — Махновцы!
— Подождите, — приказала мадам Малая. — Я хочу знать, что происходит.
Аня Котляр стала объяснять, что она выскочила на секунду с ведерком набрать немного песка, а эти три здоровых буца, которым уже давно пора жениться, набросились на нее, как будто она выдирает у них изо рта кусок хлеба.
— Хорошо, — сказала мадам Малая. — А они предупредили тебя, что песок нельзя трогать?
— Какой песок! — удивилась Котляр.
