Виртуальный Двор, мрачный и загадочный мир теней и неравновесия, где каждое слово имеет смысл. Аркадий Львов исследует глубины человеческой души и общественной жизни Одессы через метафоры и символизм, создавая невидимые связи между персонажами, которые ведут к сокровищам однажды открытого Двора....
— Почему ты оставила их в Николаеве, почему ты сразу не взяла их в Одессу? По-моему, один сын у Иосифа от первой жены, твоей старшей сестры, которая умерла.
Аня сильно покраснела, сказала, среди евреев раньше был такой обычай, вдовый шурин женится на младшей сестре своей покойной жены, а насчет мальчиков сообщила: они занимаются в техникуме, надо им устроить перевод, а пока пусть поживут у бабушки.
— Слушай, — Клава Ивановна ласково толкнула ладонью в грудь, — ты такая красивая, такая молодая — зачем тебе нужен был этот старый хрен! Он же в два раза старше тебя.
Аня опять покраснела, оглянулась по сторонам и вдруг начала смеяться, но сделала при этом страшные глаза:
— Не дай бог Иосиф услышит — он зарежет меня на месте! Он всем говорит, что между нами всего пятнадцать лет разницы.
— Не, — возразила мадам Малая, — он не такой дурак, чтобы резать красотку, которая в полном соку.
Аня смутилась, закрыла лицо руками, как будто услышала что-то неприличное, мадам Малая погрозила ей: пусть понимает слова, как надо, без заднего смысла.
— Ой, — совсем застеснялась Аня, — я вас прошу!
— Меня нечего просить, — поддала плечом мадам Малая, — пусть лучше твой Иосиф тебя просит, и не будь дура: пусть сначала хорошо попросит, а то мы всегда чересчур уступчивые.
— Да, — сказала Аня, — я сама себя часто ругаю за это, а вы думаете, он хоть немножко ценит? Один раз, когда было не по его, он разошелся, как дикий зверь, сорвал со стены шашку и закричал: я тебя порубаю на мелкие куски!
Мадам Малая вздохнула:
— Не обижайся на него: эти партизанские штуки, потому что он сильно любит тебя.
Аня пожала плечами: какие обиды, жизнь есть жизнь.
— Да, — спохватилась мадам Малая, — для форпоста нужно будет два кило гвоздей. Передай своему Иосифу, чтобы приготовил. И напомни, что завтра собрание.
Объявление насчет собрания висело уже третий день. По указанию Ионы Овсеича, каждый, кто прочитал, должен был расписаться, рядом висела тетрадь с фамилиями. По состоянию на сегодня получалась, однако, картина, вроде ряд жильцов двое суток не выходил из квартиры.
— Котляр, — крикнула вдогонку мадам Малая, — вернись на минуточку. Я тебе сейчас дам список, куда надо будет зайти, и поговори с ними так, чтобы вторично не пришлось.
