Автор
Во мраке храма, где последний приговор был санкционирован, звонок доспехов будоразводил тени. Рамон, в черной кисее, шептал последние слова своему отцу перед исчезновением жизни. Нежная мольберта на столе освещала его лицо, словно застывшая плащевая маска, подчеркивая нерешительность и трагизм момента. Этот необычный сюжет облекается в химерическую атмосферу тайны, приговора и предательства, где каждый вздох становится последним....
Странно, что ее настолько задевают подобные вещи, но если так, то и расстраивать девочку лишний раз незачем.
Открывавший дверь слуга едва ли не прыгал от нетерпения.
— Господин, позволь отлучиться на часик. На площади ведьму жгут.
— Иди. — Буркнул Рамон. Нашел на что смотреть. Впрочем, чернь — она и есть чернь. Чем страшнее зрелище, тем интересней. Дети, жестокие дети, и всегда такими останутся. Повели тогда Хлодий разбойников лошадьми разорвать, мужики бы до сих пор парня на руках носили. Хотя, может, и к лучшему, что до такого не додумался.
Он закрыл дверь в комнату, обернулся к девушке. Испугался: бледная, глазищи огромные, вот-вот заплачет.
— Что случилось?
— Ты же слышал… ведьму жгут. Опять…
— И что с того? — Изумился рыцарь. — Туда и дорога, нашла из-за чего переживать.
Шагнул ближе, раскрывая объятья. Дурочка маленькая, расстроилась из-за такой ерунды.
Она попятилась.
— Погоди… Ты серьезно? Туда и дорога?
— Ну да.
— Вот как… А давай всех мужчин казним? Как насильников? Природа у них такая, кого-нибудь непременно, не сразу, так… — она судорожно вздохнула, как всхлипнула.
— Не смешно.
— Мне тоже.
Да что с ней? Какое девочке дело до ведьм, пропади они пропадом! Рамон придвинулся ближе, навис сверху:
— Ты хоть понимаешь, кого пытаешься защищать? Они — само зло!
— Неправда!
— А ты знаешь, каково хоронить братьев одного за другим? И знать, что… — рыцарь осекся.
— Знать — что?
— Ничего.
— И все-таки?
— Я сказал — ничего! — Рыкнул Рамон, не оборачиваясь. — Моя бы воля, собрал бы и спалил собственноручно.
Она замолчала. Надолго. А потом сказала — негромко, точно ничего уже не имело значения.
— Тогда начни с меня.
Рамон медленно развернулся. Она в своем уме?
— Ты же хочешь — всех под корень, собственноручно, так? — закричала Лия. — Ну так начни с меня! Я же зло, верно? Природа такая… Разложи костер — и вперед! Справиться я с тобой не смогу — да и пытаться не буду. И…
— Замолчи. — Он подошел ближе, взял за плечи. — Не надо. Хорошая моя, не шути так.
