В глубоких улицах старого города дым без огня накрывало все вокруг, казалось, что каждый дом прячется за обёрткой тусклой завесы. Я вскрикнула и отстранилась — но было уже поздно. Мое скрипучее пальто не могло выдержать новое испытание, воткнувшись в грязь прямо как перчатка, покрытая мерзкими потеками. Ах ты... — пробормотала я, заметив что извозчик — мужичок средних лет с пропитанной внешностью — мне улыбнулся злорадно через плечо....
От нее веет холодом. Неужели вы не чувствуете?
— Я? — Томас усмехнулся. — Я-то чувствую. Но куда удивительнее то, что это чувствуешь ты. Знаешь, что перед тобой?
Я лишь пожала плечами. Да откуда же мне знать? Нашел, о чем спрашивать!
— Эта кукла изображает меня, — пояснил Томас. Поморщился, переведя взгляд на свою находку. — Видишь волосы на ее голове? Это мои волосы. А тряпка — это мой носовой платок. Вот, тут даже монограмма есть.
И он осторожно отвернул край ткани, показав мне переплетенные вензелем вышитые инициалы, которые образовывали сложный и очень красивый узор.
Да, но что насчет подозрительных пятен на платке? По-моему, это следы крови.
Правда, вслух я не стала задавать этот вопрос, потому что страшилась получить на него вполне однозначный ответ.
— И даже кровь моя, — продолжил Томас, по какому-то наитию сказав именно то, что я хотела услышать от него.
Я недоверчиво хмыкнула. А это он как определил, хотелось бы знать? Или неизвестный мастер, изготовивший эту омерзительную куклу, специально попросил у Томаса испачкать носовой платок?"
"— Пару недель назад у меня пошла кровь из носа, — пояснил Томас в ответ на мой изумленный взгляд.
— Вот как, — глубокомысленно проговорила я просто потому, что надо было как-нибудь отреагировать.
Очень интересная история! Получается, эту куклу создала Джессика? Не думаю, что кто-нибудь из слуг Томаса решился бы на такую сомнительную шутку над своим господином.
— А что эта кукла должна делать? — поинтересовалась я.
— Верно. — Томас медленно кивнул и осторожно положил злополучную куклу на край прикроватного столика. Затем резко прищелкнул пальцами — и она занялась бесцветным пламенем.
Я восторженно вздохнула. Ого! Получается, Томас как маг способен не только на проникание в чужие мысли. Он еще способен на столь впечатляющую демонстрацию своих умений.
Тем временем кукла медленно плавилась в огне.
