Ну вот смотри: биология — это инстинкт продолжения рода, который у нас сейчас находится в самой что ни на есть активной фазе, как у кроликов. Физика — закон трения, о кей, в нашем случае скольжения. — я хихикнула. — И последнее — химия. Ну тут всё совсем просто: экзотермическая реакция перца в щелочной среде.
— Савицкий, вот я сейчас реально в осадке. — хихикая, сказала я. — То есть ты сейчас с умным видом профессора универа рассуждаешь о перце в труселях, да ещё и с фундаментальной научной позиции?
— Катька, заметь, ты начала этот разговор. У меня был совсем другой настрой, но ты меня с него сбила своей таблицей умножения.
Я подняла на него глаза.
— Саш, я никуда не поеду. — сказала тихо, глядя в глаза.
Он открыл дверь и за руку завел меня в каюту.
— За зеркалом, — он махнул рукой в сторону большого зеркала около кровати. — На случай захвата судна, — хмыкнул он.
Он подошел к бару и достал бутылку коньяка. Плеснул себе в бокал и сел в кресло. Я плюхнулась на кровать, перевернулась на живот и облокотилась на локти, положив подбородок на сплетенные пальцы.
— Кать, — он сидел, опустив голову и перекатывая бокал между ладонями. — У тебя только такой выбор: или Полинезия, или я отправляю тебя к твоему отцу. Ларка не успокоится. Ты уже знаешь, что она летит в Россию. Люди Владимира и мои во всех аэропортах. Ксю следит за нею в режиме нон стоп. Если бы она не была как мы, я бы не волновался. Но…
— Дай я договорю. Мне нужно всё держать под контролем. А ты просто не даешь мне этого сделать. — он поднял голову и посмотрел мне прямо в глаза.
Я увидела страх в глубине его глаз. Страх за меня и отчаяние. Он боялся… чего? Я попыталась прорваться через его запоры, но он покачал головой:
— Не стоит, родная. Я сам скажу. Я не выдержу, если потеряю тебя. В этот раз точно не выдержу.
Я сползла с кровати и подошла к нему. Опустилась на колени и положила голову ему на бедро.
— Хорошо, — тихо сказала я. — Я буду жить у матери и отца. Но…
— Родная, я всегда буду на связи.
— Он с моей матерью завтра вылетает на острова, и они будут там находиться до тех пор, пока всё не закончится.
— Завтра, родная. Я уже позвонил Лопыреву, завтра в шесть утра за тобой приедут его люди. А сейчас ужинать и спать. Дима еще полчаса назад уже отписался, что всё готово. Пойдем, моя хорошая.
Он одним глотком выпил коньяк и встал, поднимая меня с колен. Я заметила, что его пальцы подрагивают.
— Катюш, — он посмотрел мне в глаза, — я обещаю, я клянусь тебе, я сделаю всё, чтобы тебя защитить. Но ты должна мне помочь. Просто находись в безопасности, ты меня поняла?
Он прижал меня к себе, целуя мои волосы.
— Но эта ночь наша? — тихо спросила я.
— До самого утра, родная. — так же тихо ответил он, целуя меня с самой космической нежностью на свете.