В теплом, застывшем душном офисе сквозь бетонную стены прорывается жара. Два мужчин одурманивают колой в попытке отогреться от знойного воздуха, пока холодильник словно пустует, не выпуская ни одной банки. Здесь каждый день воспринимается как вечность.
— Да, едва не забыл. Завтра, когда придешь в роту за вещами, ничему не удивляйся. Привет — дверь отворилась, и странный посетитель вышел.
— До свидания, — Дорохов рухнул на табурет, схватившись двумя руками за идущую кругом голову, безуспешно пытаясь осмыслить все только что с ним произошедшее.
Утром следующего дня начались чудеса. Во-первых, его освободили из-под стражи. Во-вторых, встретивший на выходе из гауптвахты, начальник медицинского пункта войсковой части 40… сообщил, что его направляют в гарнизонный госпиталь на освидетельствование.
"Решением военно-врачебной комиссии округа рядовой Дорохов В. А. был призван негодным к продолжению дальнейшей службы и направлен к месту жительства.
Глава 14
— Слушаю вас внимательно, говорите, — райской музыкой прозвучал сладкий и задушевный голос человека, которому можно верить. Очень похожие голоса ежедневно льются нам в уши из щедро проплаченных рекламных роликов («Лох-Банк — надежное вложение вашего капитала»), такие же нотки проскальзывают у политологов, торговых агентов и мошенников «на доверии».
— Здорово, Кеша, — радостно вскричал я. — Сколько лет!
— Представьтесь, пожалуйста, — сахарной патоки в голосе заметно поубавилось.
— Это Влад. Мы как-то встречались в одной гавани на якорной стоянке, а потом еще пару раз пересекались. Номерок, между прочим, сам дал. Звони, сказал, Влад, буду очень рад. Теперь вспомнил?
— А, это ты, — строгость из голоса собеседника куда-то подевалась. Зато прорезалась грусть: — Чем обязан?
— Многим ты мне, Кеша, обязан, многим, не забывай.
