Автор
В темном лесу под грохот сердца бьется страх и надежда на спасение. Здесь убийцы приходят ко снующим по кошмарам жертвам, берут то, что принадлежит им одному. Васильев Буйный — это не просто имя, а холодная тень, окутывающая сердца его жертв, пока они спят или входят во сны....
Невелика наука, конечно, но всё равно мне важно. Мужчина будто даже посмеивается над моим поведением. Забавляется, но по-доброму.
— Ну как? — С надеждой спрашиваю, ожидая похвалы. Я заслужила её!
Вот только Эмир радостным не выглядит. Хлопья не любит?
— Бляха, Злата.
Внутри что-то неприятно тянет. Я всё ещё надеюсь, что сейчас он улыбнётся и скажет, что это лучшие хлопья в его жизни. Но я смотрю. Смотрю… А лицо Эмира счастливее выглядит не начинает. Мужчина, наоборот, кривится, в тарелку смотрит, после на меня взгляд поднимает.
— Невкусно? — Моя нижняя губа подрагивать начинает. Я вот-вот разревусь. Я никогда не была настолько эмоциональной. Но Эмир и еда… Это мой главный факап на протяжении всего нашего знакомства. Вот как не заладилось… Так и идёт дальше. Ну что не так-то?!"
"— Очень вкусно, Злат! Я такие вкусные хлопья ещё не ела! — Катюша взрывается похвалой. Ещё и так громко, что всё моё внимание тут же на себя переводит. Вижу, как она стреляет взглядом в Эмира. Сидела бы рядом, ещё бы и толкнула его, наверное.
Катюша пододвигается к мужчине. Я же в полном шоке наблюдаю за всем происходящим.
— Смотрите, — забирает у него по деловому ложку, ею захватывает как можно больше хлопьев, ещё немного сухих из пачки сверху подсыпает, — вот так хрустеть будет, и тогда о-о-о-очень вкусно!
Эмир же наблюдает за всем этим в офигевшем состоянии. По взгляду видно, что его ввели немного в ступор. Уже даже я поняла, к чему Катюша всё это устроила.
Катюша передаёт ложку Эмиру, он медлит несколько секунд. Думает. Надеется, что можно не брать?
— Попробуйте, — но Катюша очень настойчивая, а Эмир с недоверием на хлопья смотрит, потом на тарелку Катюши. Кажется, не против поменяться тарелками.
Буйный сдаётся под напором ребёнка, сжимает пальцами ложку. Отправляет её в рот.
— Ну как? — Сестрёнка от него не отстаёт.
— Ага, вот хрустеть начало и самое оно, — бурчит Эмир, пережёвывает хлопья, а я отворачиваюсь, потому что улыбку уже не скрыть.
