Автор
Плача и изнемогая в гневе после приступа ужасного отчаяния, я снова и снова осматриваюсь вокруг, надеясь найти хоть какую-то веру в то, что это не сон. В моей голове кипит творение страха и отчаяния — кошка, которую я ненавижу, теперь принадлежит кому-то другому.
Нерешительно стою в дверях комнаты.
— Алёнка…
— Уходи.
— Айдаров! — встает Марьяна.
Возвращаюсь, разводя руками.
— А я тебя предупреждала! — психует она.
— Я же не хотел так внезапно. Что будем делать??
— Не знаю! — пряча переживания, отворачивается от меня.
— Давай придумаем какую-нибудь байку?
— Какую?!
Идет мимо меня в комнату. Тихо воркует что-то Алёнке. Я нетерпеливо жду.
— Уходи! — вскрикивает обиженно Аленка. — Уходи!!
Марьяна вся взорванная и расстроенная возвращается ко мне. Прикрывает дверь.
— Ну что?..
— Ничего!
Обнимаю за плечи.
— Нам наверное стоит уехать пока, Лев. Меньше всего я хотела ей таких стрессов! Нам надо с ней вдвоем побыть.
— Нет! Ты что?!.. Нет! Не надо без меня решать эту проблему!
— А что я должна сейчас сделать?!
— Мы!! Давай дадим ей немного времени осмыслить? И я попробую еще раз с ней поговорить. Не понимаю почему такая реакция… Мы дружили, мне казалось…
— Мы посягнули на образ папы и разрушили его. А она любила этот образ! Мы часто говорили о папе…
— И это был не мой образ, да? — горько усмехаюсь я.
— Ну давай, пообижайся еще! — зло.
— Мне обидно, да. Хотя нет. Не обидно! Мне, сука, больно! Тебе бы не было, Ян?!
Сжимаю виски, стараясь вернуть себе уравновешенность.
— У нее мог бы быть другой отец, ясно?! Не эфемерный, а вполне реальный. И что бы ты делал тогда?!
— Всё! — взмахиваю руками. — Мы не воюем, детка. Я не нападаю. Не виню. Просто сейчас всем больно, слышишь? И мне тоже.
Застываю, пялясь в стену.
Неожиданно Марьяна обнимает меня за руку, утыкаясь лбом в плечо.
Мокро…
— Ты плачешь, что ли?!
Волосы становятся дыбом по коже. Меня омывается панической волной. Вот только не надо… Кошкина и слёзы — невыносимое сочетание. Она не из тех, кто плачет.
— Эй… не надо. Я сейчас всё исправлю, клянусь!
Поднимаю её лицо ладонями, впиваясь в солёные губы.
— Я справлюсь.
— Надо мне, Лёва, — шмыгнув носом, вытирает слёзы.
— Нет! Вместе. Пойдём. Просто обнимем ее. Пусть ругает нас, мы будем просто ее обнимать. Она добрая девочка… Оттает!
— Сейчас… — вытирает у зеркала слёзы Марьяна.
Пытается отдышаться. Не тороплю ее, подбирая слова. В голове пусто…
Мы выходим в коридор, беремся за руки.
— Нет! — шепчет Яна, выдергивая руку. — Давай пока без этого.
— Ну да…
Громко синхронно выдыхаем и заходим к Аленке.
А ее нет…
С тревогой переглядываемся.
