В лагере Южной Дунайской армии, где воздух напряжен и духи висят на волоске, начальник появился в своей бесформенной обстановке. Семён снимает ружьё и протягивает интендантскому унтеру, тот же вскидывает удивленный взгляд — не нашего производства оружие, оказывается.
Действующему на нашем левом фланге генералу Исленеву с его десятью эскадронами Переяславского конно-егерского полка в это время надлежит совершить обходной манёвр с юга, дабы перекрыть неприятелю пути отхода на Брест. Кавалерия генерала Шевича идёт в обход с северо-запада и атакует потом поляков с тыла, соединившись там с переяславцами. Для полка Егорова задача будет состоять в том, чтобы не дать неприятелю контратаковать по главной дороге от моста и, буде такая возможность, самим поддержать атаку пехотных порядков генерала Буксгевдена с левого фланга.
Задача была поставлена, и командиры подразделений разошлись по местам ночлега, чтобы поесть и успеть отдохнуть.
Суворов, по обыкновению, встал гораздо раньше всех. Прошка пролил ему на спину два ведра холодной воды, и генерал-аншеф быстрой походкой обошёл кругом лагерь.
— Светает уже, а петухи-то ещё не пропели? — подмигнул он караульному капралу. — Небось, успели отдохнуть солдаты?
Хлопнув в ладоши, он громко пропел петухом. Через несколько минут лагерь уже бурлил.
В девять часов утра шестого сентября 1794 года выстроенная перед Тростяницей русская пехота пошла вперёд. В это самое время конница Суворова начала глубокий обходной манёвр. На пути у войск оказалась сильно заболоченная местность, и скорость движения всех русских войск тут же упала.
— Ай-яй-яй, — качал головой капитан Бегов, наблюдая, как картечь сбивает в грязную жижу болотины тела пехотинцев. — Ох и сильный же огонь, боюсь, не смогут наши через речку перебежать.
Наступление русских войск застопорилось, и со стороны села показалась конница неприятеля.
— Видно, хотят воспользоваться заминкой и от моста посуху ударить отходящим во фланг, — понял манёвр поляков Егоров.
Первые всадники были уже в ста шагах от речки. Сбившись в плотную колонну, уланы стремительно неслись вперёд. Первые ряды их уже опустили пики, намереваясь с ходу ворваться в ряды русской пехоты.
— То-овсь! Це-елься! — рявкнул бригадир.
