В лагере Южной Дунайской армии, где воздух напряжен и духи висят на волоске, начальник появился в своей бесформенной обстановке. Семён снимает ружьё и протягивает интендантскому унтеру, тот же вскидывает удивленный взгляд — не нашего производства оружие, оказывается.
— Сергей Владимирович, проследуйте к этим олухам, скажите их командиру, чтобы он своих подальше оттянул от предместий, — зло бросил Егоров. — Не жалко людей, так пусть хотя бы нам не мешает. Сейчас сюда пушки подойдут, они ведь им картечью бить не дадут!
— Слушаюсь, господин бригадир! — козырнул Гусев и побежал с комендантским десятком в ту сторону, где толпились штаб-офицеры карабинерного полка.
В это время выделенные егеря из роты Крыжановского подкатили первую пушку, и полковые канониры начали около неё колдовать.
— Ещё один залп — и дальней картечью бейте! — крикнул Егоров.
— Слушаюсь! — отозвался подпоручик, поправляя прицел орудия. Канонир поднёс горящий пальник к затравочному отверстию."
"— Выстрел!
Пушка рявкнула и откатилась в клубах дыма, а ядро снесло угол того дома, из окон которого только что стреляли жолнёры.
Бам! Бам! Бам! — бухали пять орудий самой новейшей французской системы, посылая крупную картечь вперёд. Свинцовые шарики с воем и визгом били по домам, по развалинам баррикад, по телам ещё живых и уже убитых людей. Помощники егеря подносили к пушкам из зарядных передков всё новые мешки с порохом, ядра и картузы с картечью. Канониры крутились около орудий, баня их раскалённые стволы.
Бам! Бам! Бам! — непрерывно грохотали пушки.
— Ваше высокородие, Соловьёв с Пудовкиным бегут! — крикнул, увидев две фигуры, Никита. — Вон, вон они, от реки по грязи шлёпают!
— Ваше высокородие, можно пройти! — доложился весь грязный Соловьёв. — Только фашинник с брёвнами нужно с собой захватить и плетней бы ещё побольше. Там в двух местах совсем гиблое место, мы и то по ним с трудом пролезли.
— Господин майор, сейчас наши пушки ближе к домам подкатятся и подальше вам расчистят проход, — объяснял командиру лифляндцев Алексей.
Каждый из егерей по приказу командиров нёс на себе связку прутьев, плетень, доску или разбитую корзину. Отделения волокли брёвна или длинные жердины.
