Исторический роман о судьбе русского гвардейского офицера в эпоху потрясений. После взятия Праги войсками Суворова полк направляется в Санкт-Петербург, где героя ждут придворные интриги, личные испытания и роковые выборы между долгом, честью и любовью на фоне ломки старой России.
Раздел Chitat.online для книги «Егерь императрицы. Русский маятник» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Исторический роман о судьбе русского гвардейского офицера в эпоху потрясений. После взятия Праги войсками Суворова полк направляется в Санкт-Петербург, где героя ждут придворные интриги, личные испытания и роковые выборы между долгом, честью и любовью на фоне ломки старой России.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Андрей Булычев Легкое чтение Фантастика Попаданцы подборки серии
Исторический роман о судьбе русского гвардейского офицера в эпоху потрясений. После взятия Праги войсками Суворова полк направляется в Санкт-Петербург, где героя ждут придворные интриги, личные испытания и роковые выборы между долгом, честью и любовью на фоне ломки старой России.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ещё три сотни пуль выбили крайних в мечущейся огромной толпе.
– Барабанам бить атаку! Знаменосец, полковой стяг вперёд! – скомандовал Алексей. – В атаку, братцы, ура!
– Ура-а! – заревели егеря и пехотинцы Углицкого полка.
– Ура-а! – кричал, сжимая в руке фузею, Дубков. – На штык басурманина! Коли их, братцы! Ура-а!"
"Полторы тысячи русских ударили в штыки и начали теснить противника вдоль дороги. Беки, ханы, подханки, сотники и прочие командиры объединённого войска горцев пытались было ободрить своих воинов и контратаковать, но в этот момент с флангов и с тыла послышался русский клич, и ударили залпы обошедших ущелье рот. Организованного сопротивления уже не было, неприятеля охватила паника. Каждый теперь стремился спасти свою жизнь. Русские же продолжали выкашивать с флангов ружейным огнём, а вдоль дороги, словно огромный каток, пробивали себе путь, уничтожая толпу противника, основные силы. Пощады не было никому, кололи, рубили, добивали и шли по телам дальше. Все склоны ущелья, дорога, берега реки были покрыты телами. Разбитый и рассеянный неприятель бежал каждый в своё ханство. В этой битве им было потеряно более четырёх тысяч человек, пал сын самого Сухрай-хана и ряд старейшин. Потери отряда Бакунина были тоже велики, в живых из пяти сотен осталось всего сто двадцать человек. Погибли почти все офицеры, пал и сам подполковник.
Глава 10. Бой на дороге
– Подъём, подъём, Спирка. – Капрал тряс молодого егеря. – Собирайся быстро, выходим.
– А что такое, Фрол Иванович, ночь же! – Тот вскочил и, ударившись о чердачную стропилину, ойкнул.
– Тихо ты, балбес! – рявкнул Горшков. – Мешок с ружьём забирай и слезай. Скоро сам всё узнаешь.
Один за другим спускались по шаткой лестнице сенника егеря из отделения. Капишников закинул вещевой мешок за спину, перехватил удобнее фузею и, поставив ноги на верхнюю ступеньку, начал потихоньку спускаться. Лестница скрипела, но вес человека держала.
– Тихо, не шуми. – Стоявший внизу унтер стукнул его по плечу. – За сараем левее бери, там по тропке на зады сбежишь. Пошёл! – И хлопнул Спиридона по плечу.
Гуськом, друг за другом, так же как и люди из плутонга Кожухова, бежали в темноте из других хозяйственных строений егеря первой роты второго батальона. Внизу у оврага их встречали специально поставленные люди и направляли в сторону леса.
– Всем перемотать портянки, оправиться! – отдал команду капитан Бегов, когда его рота собралась на небольшой полянке. – Путь у нас будет долгий, так что смотрите, чтобы ничего не мешало, отстающих ждать не будем.
– Фрол Иванович, а что такое, никак случилось чего? – наматывая лоскут холстины на ногу, негромко спросил Капишников. – Всю роту среди ночи подняли, а для чего – не говорят.
