В темном лесу под прикрытием ночного караула, унтер-офicer дает команду. В воздухе полыхают факелы, создавая непроглядную тьму. На грани сна и бодрствования, читатели найдут в "Егере императрицы" жестокую атмосферу русской деревни и беспринципные игры дворянства в XVIII веке....
– Оказывается, сей согбенный старец семьдесят четыре года назад вот так же подносил ключи аж самому Петру Первому.
– Однако, – удивился Алексей. – Это сколько же ему лет, получается?
– Ну, больше сотни, это точно, – посчитал Николай Николаевич. – Уже в то время он был весьма уважаемым беком.
Глава 8. Важное задание
Двадцать третьего мая, оставив в Дербенте отряд генерал-майора Савельева, войска под командованием графа Зубова двинулись в сторону Баку. По дороге их догнали казачьи полки: первый Чугуевский и полк Орлова.
– Как думаете, Андрей Владимирович, Баку тоже придётся штурмовать? – спросил Воронцова ехавший рядом поручик Огарёв. – Говорят, крепость там ничуть не уступает Дербентской, а пушек даже на порядок больше.
– Не знаю, Константин Ильич. Как сейчас угадать? Смотри сам, вот только что с такой яростью ханские люди на стенах бились, а чуть времени прошло, и они все на коленях со склонённой головой стоят. Видел сам, по улице едем, все нам улыбаются, кланяются, рука на сердце. А клич им бросят, этой же рукой они с такой же радостной улыбкой тебе голову прямо тут же, на улице, отрежут.
– Ваше благородие, у реки пара конных сотен стоит! – доложился, осаживая коня, капрал. – В нас не стреляли! Белым платком машут, что-то кричат на своём тарабарском. Ну и мы тоже стрелять не стали. Господин прапорщик сразу к вам с вестью послал.
– Ясно, сейчас разберёмся, кто это там такие, – пообещал Воронцов.
Около реки, на противоположном её берегу, действительно под прицелом взвода Завражского стоял большой конный отряд.
– Ружья опустите! – приказал егерям, выехав на берег, Воронцов. – Пальнёте ещё ненароком, а это, может, большое начальство к нам с миром прибыло. Вон какой важный господин под знаменем. Кто такие и что вам надо?! – крикнул он, сложив ладони рупором.
– Благочестивый и великий Хуссейн-Кули-хан хочет предстать перед главным русским генералом! – донеслось с противоположного берега.
– Красиво заливает толмач, – оценил Огарёв. – Почти без акцента.
– Так, конечно, что Баку, что Дербент, как на качелях, то к нам, то персам туда-сюда в этом веке прыгают, – хмыкнул Воронцов. – Половина купцов с нашей Астраханью торг ведут.
