В темном лесу под прикрытием ночного караула, унтер-офicer дает команду. В воздухе полыхают факелы, создавая непроглядную тьму. На грани сна и бодрствования, читатели найдут в "Егере императрицы" жестокую атмосферу русской деревни и беспринципные игры дворянства в XVIII веке....
Да, и пусть наши поспешают, уж больно по звукам жаркий бой впереди идёт.
– Понял, Иван Савельич. Побёг я!"
"– Давай! Братцы, сюда ползком, – поманил своих егерей командир отделения. – Тихонечко тут осмотритесь, сейчас стрелять будем. Мой выстрел из штуцера самый первый. Стреляю я в того горца, что дальше всех от нас внизу стоит. Данила, Митроха, вы тоже в него следом за мной стреляете. Фрол, Филя, Ефим, ваша цель – это второй нижний, тот, что около приставленных к камню ружей держится. Евсей, Нестор, вы бьёте того, что сверху на валуне, он хорошо открыт, не промажете.
– Да, да. – Егеря закивали головами. – Уяснили, Савельевич.
– Тогда распределились – и жди моей команды.
Горцы о чём-то, как видно, оживлённо переговаривались, доносились их крики, и видно было, как они машут руками.
– Пора, – решил Соловьёв. – А то сейчас скроются с глаз и среди камней засядут. Гото-овьсь! – скомандовал он и, сделав глубокий выдох, потянул пальцем спусковую скобу.
– Бам! – громыхнул винтовальный ствол, а вслед за ним ударили россыпью и семь гладких. Не успело ещё утихнуть эхо, а егеря уже неслись к позиции горцев.
– Уйдёт! – рявкнул капрал. – Макар, Игнат, где вы?! Стреляйте! – Выхватив из поясной кобуры пистоль, он отщёлкнул курок и выпалил вслед беглецу. Мимо!
– Бам! Бам! – ударили два ружейных выстрела, и, завизжав, конь, проскакав по инерции ещё несколько шагов, повалился на дорогу, придавив тушей своего всадника.
– Всё он, Иван Савельевич, – вытаскивая человека, произнёс Евсей. – Ещё немного – и отойдёт.
