Я шагаю по мрачной тайге Сибири, где июльские дожди смешались со снегом. Воздух здесь пропитан хвоей и смолой, где-то вдалеке играют кузнечики, утопая в редких птичьих трелях. Я впереди, ощущаю прикосновение мха под сапогами и цепкие ветви скользят по старой куртке. Рядом двое новичков тянутся за мной, как паровозы на последнем издыхании....
— Попытаюсь поймать такого зверя, который будет стоить даже дороже нужной суммы.
— А? — вырвалось у Ольги. — Макс, ты же не…
Я развернулся к ней. Пора было рассказать правду. Хотя бы частично.
— Да, нужно поймать зверя из опасной зоны леса. У меня есть для этого свой питомец. Помнишь кошку Барута? Теперь она моя.
— Что? — Ольга прищурилась. — Макс, да плевать мне на кошку, в той зоне очень опасно! Туда и Ефим-то ходит редко, да только с охраной, и не с какими-то наёмниками как Фёдор. С настоящими воинами! С Мастерами, которым платит! Несмотря на то, что у него есть свои питомцы.
— Я всё это понимаю."
"Но всё-таки у меня был опыт. Опыт, который сгинул в этом мире.
Ольга смотрела на меня долго и внимательно, будто видела впервые.
— Покажи, — сказала она наконец.
— Что?
— Покажи мне эту кошку. Если у тебя действительно есть питомец такого уровня, я хочу увидеть, что ты будешь под защитой.
Я потёр виски, взвешивая варианты.
Поход в самое сердце леса? Теневого рысака моя хищница сама загнала, а мне что, надеяться на чудо? Придётся лезть туда, где настоящие звери водятся, где каждый шаг может стать последним. Чёрт, ещё и подготовиться надо.
— Хорошо, — кивнул я. — Но не сегодня. Она очень глубоко в лесу. Ты же доверяешь мне?
Ольга медленно кивнула.
— А пока что? — спросила она.
Я подошёл к ней и крепко сжал её руки.
— Пока ты работаешь как обычно. Не показывай, что что-то изменилось, не рассказывай о моих планах. Найди покупателей.
— Покупателей?
— На моих будущих питомцев. Ты ведь наверняка знаешь к кому обратиться. Скоро мне нужно будет связаться с такими людьми.
Ольга смотрела на меня с каким-то новым выражением в глазах.
— Есть кое-кто… Ты уверен, что справишься? — спросила она тихо.
— Да, — ответил без колебаний. — Я справлюсь. Обещаю тебе.
Она кивнула, и в её лице появилась решимость.
— Тогда делай что нужно. А я буду держаться и не показывать виду, что что-то не так.
— Именно, — улыбнулся я. — Тогда мне нужно идти.
Мать подошла ко мне и крепко обняла. Её руки дрожали, но голос был твёрдым:
— Спасибо тебе, сынок. За всё, что ты для нас делаешь. Ты уже не мальчик, которого нужно оберегать. Ты мужчина. Зверолов. И я горжусь тобой.
Она отстранилась, её глаза блестели от слёз, но улыбка была искренней.
