Автор
Жара кипит под солнцем, а я стою на развилке дорог и чувствую, как воздух вокруг становится невыносимо тяжелым. Моя встреча с бабушкой заставляет меня ненадолго задуматься о настоящих переменах в жизни — ведь беременность не может оставить равнодушной ни одну женщину.
Еще слишком рано, чтобы что-то обещать. Сначала разберусь с компроматом, тогда и можно будет выдвинуть хоть какой-то вердикт.
Невеличка кивает, будто удовлетворившись долгими секундами моих сомнений. Должно быть, для нее это действительно прогресс. Ведь еще утром я без промедления сообщил, что избавлюсь от нее, как только она родит мне дочь.
— Раз уж ты сам заговорил о рамках… Никаких баб, — тут же берет быка за рога Анюта. — Пока я твоя жена, даже не вздумай унижать меня подобным образом!
Ух, вы только посмотрите на это?
— Что-то еще? — предлагаю я высказаться своей неожиданно властной супруге.
— Нет. У меня только одно требование, — уверенно заявляет она."
"— Хорошо, — удивленно отзываюсь я. В счет этого перемирия она могла попросить столько всего… Но ее интересует только моя верность. — В таком случае ты же догадываешься, какое требование я выставлю в ответ?
Аня снова поднимает на меня взгляд. Смотрит долго. Не мигая. И по мере того, как до нее доходит то, о чем я говорю, на щеки от груди наползает спелый румянец.
— Нет, — обиженно отвечает она, явно впечатленная моей сегодняшней выходкой с эскортницами. Хмурится.
— Ты же понимаешь, что я могу взять тебя силой? — рычу я, стараясь сдерживаться. Все же хотелось бы обойтись без насилия. — И даже по закону имею полное право.
Ну не дурак ли?! Знаю ведь, что она меня тоже хочет. На кой черт выбирать какие-то скользкие дорожки? Эта гордячка ведь сейчас как упрется… А дело принципа бывает сильнее всяких хотелок.
Подаюсь вперед и осторожно целую приоткрытый от испуга перед моими угрозами ротик. Сколько раз я ее за сегодня целовал? Два, три? Почему мне все мало? Сжимаю ее лицо в руках, с трудом отрываясь от сладких губ.
— Ты ведь тоже хочешь, зачем противишься?
— Хотела, — силясь восстановить дыхание, выдает она. — До того, как ты обсосал ту рыжую швабру!
Уже привычно начинает вырываться. Пресекаю попытки, подтягивая ее ближе.
— Тише-тише, маленькая. — Удерживая Аню за затылок, коротко целую в губы.
— Считаешь меня красивой? — будто не удержавшись, выпаливает она и тут же закусывает губу.
Подаюсь к ней и осторожно поддеваю острый носик кончиком своего носа:
— Если бы не считал, разве хотел бы так сильно?
Отстраняюсь, желая видеть ее реакцию. Аня проглатывает воздух и начинает дышать чаще.
