Автор
Аврора! Спаси меня! Голос своего агента взрывается от пугающей суеты. Я рассматриваю свой маникюр — френч, без излишеств, только нежно-розовый и белоснежная полоска, привлекательный аксессуар для вечеринок. Его Искушение держит меня на грани между профессиональной обязанностью и собственной безопасностью....
Мужчина проводит по моему лицу костяшками крепких пальцев, и я вдыхаю запах острый и тягучий, невероятный. Похожий на… нет, не мята. Вереск…
Сильные ладони проходятся по изгибам моего тела, ощупывают, посылая странные импульсы.
Меня поражает его непоколебимая уверенность в том, что он имеет дело с девочкой по вызову, для которой все происходящее привычная рутина.
Его пальцы поглаживают, не дают сосредоточиться.
Рассматриваю Кровавого."
"Высокий лоб, острые скулы, широкие, прямые брови и глаза…
Его глаза напоминают граненый хрусталь с примесью лазури, совсем чуток отдают серебром.
У Кровавого обжигающая харизма. Невыносимый взгляд опытного и уверенного в себе самца.
Меня опутывает его страстью. Похотью, которую ощущаю низом живота и…
Никогда еще меня никто так нагло не хватал, будто я уже его собственность…
Словно… он меня купил…
Наклоняется ко мне так, что дыхание смешивается…
— Я не для этого здесь! Хва…
Не успеваю.
Мощные руки чувствуются тисками на ребрах.
Кац сильный. Слишком сильный. Огромный. Он может разорвать меня голыми руками и его поцелуй…
Это что-то невероятное. Меня клеймят. Выжигаю память обо всех моих предыдущих поцелуях. Я задыхаюсь.
Сердце отдает гулом в ушах. И сейчас не держи меня Кровавый, я бы рухнула на пол.
Его шершавые пальцы сбрасывают тонкие бретельки платья с моих плеч, накрывают грудь, сдавливают.
То, что происходит, вызывает протест. Впервые моя чувственность откликается на жестокие ласки, на поцелуй, после которого на губах останутся следы…
Собираюсь с силами и отталкиваю бизнесмена, и чудо, но он поддается.
Чуть отстраняет лицо, все еще находясь нестерпимо близко.
Мне так страшно становится, что дышать перестаю. Вот в эту самую секунду Иван пугает по-настоящему.
У меня по мышцам от него дрожь пробегает, приходится плотно сжать колени, чтобы заглушить отклик своего тела.
Возбудил. С полуоборота.
— В какие игры ты играешь, кукла?
В голосе хрипотца. А в глазах выстреливает ярость. Непоколебимая уверенность в том, что перед ним опытная игрушка, набивающая себе цену.
Жалость этому мужчине неведома.
