Автор
Одно платье отделила от всего мира — ее любимой девочки. Юбка рушится на пол, демонстрируя изысканный бельё, которое лишь подчеркивает идеальность её тела. В этот момент его взгляд светится удовлетворением и похотью, но эмоции в глазах мужчины не изменяются — только выражение становится невероятно маниловым....
Глава 25
Елена
— Елена Анатольевна, прошу вас, соберитесь и расскажите ещё раз, что же произошло в ночь, когда вы убили Джанабаева Артура Марковича. Своего мужа.
Сжала руки в кулаки и на миг, закрыв глаза, сделала вдох и выдох. Снова вдох и выдох.
Посмотрела на следователя.
Этот мужчина выглядел как добряк — улыбался мне сочувственно, иногда шутил, предлагал воду, чай, кофе.
Весь из себя такой душка.
Но я хорошо усвоила урок и теперь была слишком умной, чтобы попасться на этот крючок и купиться на обманчивую внешность добряка.
Следователь тяжело поднялся со стула, отчего несчастный грустно заскрипел. Ещё бы: необъятный живот, свисающий через ремень ментовских брюк и по-женски огромная задница. Блестящая залысина, прикрытая реденькими тёмными волосюшками и висящий, уже даже не второй, а третий подбородок.
Такому человеку лень шевелиться и что-то делать. Ему бы поскорее закрыть дело и желательно кого-нибудь посадить.
Но нет, со мной этот номер не пройдёт.
— Чай или кофе будете? — поинтересовался жиртрест.
— Благодарю, но нет, — произнесла негромко.
Мужчина пожал необъятными плечами и налил кофе из кофеварки в одну грязную чашку.
Сделал большой глоток с прихлёбыванием и, погладив себя по животу, вернулся на место.
Потом открыл дело и достал несколько фотографий. Положил их передо мной.
— Рассказывайте, не стесняйтесь, — сказал он.
Сглотнула, глядя на кровавые снимки.
Меня замутило.
Интересно, что будет, если меня вырвет прямо на его стол?
Отодвинула от себя фотографии, не желая смотреть на труп Артура и сказала:
— Я уже вам и не только вам много раз говорила, что произошло в ту ночь. И я не понимаю, почему вы снова и снова меня опрашиваете. Будто считаете меня виновной, хотя я — жертва…
Следователь вздохнул и смерил меня пристальным взглядом, словно старался проникнуть в самые сокровенные мои мысли.
И едва он открыл рот, чтобы что-то сказать, как дверь в его кабинет резко раскрылась, ударилась о стену, и вошёл, нет, не вошёл, а ворвался мой адвокат — разъярённый и готовый в пух и прах разорвать следователя.
Леонид Викторович Ханов. Мужчина пятидесяти лет и просто зверь, и мастер своего дела.
— Елена, я же просил вас не ходить на встречу без меня! — процедил он.
Схватил стул и поставил его рядом со мной.
Сел и демонстративно вытащил из портфеля какие-то бумаги.
— Ознакомьтесь, господин следователь.
