– Не звони. Пожалуйста. – Мальвина режет меня своими причитаниями по живому.
Продолжая впиваться пальцами в мое запястье, она с трудом, но настырно, приподнимается с подушек и подтягивается ближе ко мне. Растрепанная и дрожащая, Аля смотрит испуганно распахнутыми глазами и еще глубже закапывает меня куда-то под груз ответственности.
– Не хочу в больницу. Я боюсь, – шепчет и просто утыкается своим лбом мне в голое плечо. – И так выздоровлю. Все будет хорошо. Сейчас все пройдет.
Я в ступоре слушаю нервное бормотание Альки моему плечу. Она серьезно? Или это уже все? Горячка. Мне бы звонить в скорую, а я сижу на месте, чувствуя, что у Мальвины даже слезы огненные. Жалко ее до холодных мурашек в груди.
– Так что мне делать? – растерянно шепчу Але в макушку.
Она в очередной раз всхлипывает и сильнее цепляется за мою руку дрожащими пальцами:
– Просто побудь со мной, Дань…
Твою же мать, Мальвина… Ну зачем?! У меня вырубается все здравомыслие, и спускается с цепи команда «обнять», «прижать» и «не отпускать». Что я и делаю. Сгребаю к своей голой груди плачущую Алю и просто укладываюсь вместе с ней на кровать. Мальвина даже не сопротивляется и не брыкается. Располагается на моем плече и прилипает носом к шее. Дышит неровно и часто, а горячие ладошки несмело прижимаются к моей груди. Мне кажется, что они вот-вот проплавят в ней дыру и спалят сердце на хер.
– Ты же не уйдешь сегодня? – Мальвина шепчет куда-то под мой подбородок, а сама осторожно льнет ко мне, словно я могу ее защитить.
Я ухмыляюсь тому, как ровно за две фразы меня заставили снова ощутить себя кому-то нужным.
– Нет, – шумно перевожу дыхание, понимая, что надо оставить между нами какую-то запретную грань.
И больше не переступать ее, как тогда с поцелуем. Сам не понимаю, что тогда между нами было, но точно знаю – в тот момент мне не судьба было поступить по-другому. Я не мог ее не послать и не мог не поцеловать. Эти блестящие от слез огромные глаза, губы, дрожащий голос и мое дикое ощущение «хочу». Тянет к этой девчонке так, что аж распирает рёбра. Мне не до этого. Должно быть не до этого.
Но вот делаю ровно все наоборот. Как можно крепче обнимаю горячую тоненькую фигурку, устраивая свои ладони на ее пояснице и чуть ниже талии. И какого-то черта позволяю себе коснуться губами пылающего лба Мальвины. Если через несколько минут она не станет хоть немного холоднее, то я не прощу себе такой тупой слабости.
Слушаю ее каждый вдох и выдох.
