— И где благодарность? Лучше в жидком эквиваленте.
— Иди в жопу.
— Ты, судя по всему, на коврике спал, — ржет, допивая остатки воды.
— Ха-ха!
— Время сколько?
— Почти двенадцать.
— Бля. Надо сваливать, если батя узнает, что я был в городе, короче, вот тебе мой совет, Янчик — не тупи.
— Без тебя разберусь.
— Без меня ты бы сегодня потрахался с очередной блядью и заливал горе от неразделенной любви.
— Ты вроде спешил.
— У тебя пожрать что-нибудь есть?
— Понятия не имею.
— Ясно.
Тим спрыгивает на пол и, шаркая по полу ногами, плетется на кухню. Я же откидываюсь на подушку, прислушиваясь к себе.
Что я чувствую? Со вчерашнего дня ничего не изменилось, разве что страх усилился.
Если Ника сегодня меня пошлет, это будет полный аут. Крах. Настоящий крах.
— Я уехал, — Тим заглядывает в комнату, что-то жуя.
— На созвоне.
Входная дверь хлопает. Он специально шарахнул ей так, что еще немного, и стеклопакеты повылетают. Козел. Я даже знаю зачем. Разбудить Нику.
Прикрываю глаза, складывая руки на груди. Минут через пять слышу шаги.
Это Ника шлепает по паркету. Дверь в моей спальне открыта, поэтому она прекрасно меня видит. Даже замирает в проеме.
Я вижу это из-под приоткрытых глаз. Подсматриваю. Она стоит так минуту, а потом следует дальше.
Тихо открываются-закрываются двери в туалете и ванной. Шумит вода. А после до меня снова доносится звук шагов.
Ника нерешительно заходит в комнату. Мнется с ноги на ногу. Я лежу не шевелясь.
Одно ее присутствие разгоняет по телу тонны мурашек.
Она стоит так секунд двадцать, а потом, ускорив шаг, выходит в прихожую. Слышу, как надевает ботинки, открывает шкаф.
Еще полминуты, и она сбежит. Рывком поднимаюсь с кровати и иду к ней.
Глава 28
Ника
Накидываю пальто и тянусь за шарфом. Сжимаю пальцами мягкий кашемир и отдергиваю руку.
Я же буквально до ближайшей аптеки. Зачем мне шарф? Она же на первом этаже.
Все еще немного потряхивает от нервов. Что будет, когда Ян проснется? А если он заберет все свои слова обратно? Как глупо я буду выглядеть.
Получится, что снова повелась на его горячие речи и… Поцелуи. До сих пор губы жжет, стоит только вспомнить. Он меня целовал.
Целовал!
Не так, как на море и в доме отца. Иначе. С трепетом. Нежно.
Я чуть сознание не потеряла. Так разволновалась.
Картинка этой ночи до сих пор перед глазами. Она четкая. Яркая.
Я помню каждое слово, что он мне сказал. Абсолютно каждую интонацию.
Из спальни Яна доносится шум, резко поворачиваю голову. Гирш стоит передо мной во всей красе. Сонный, взъерошенный, с босыми ступнями.
Смотрит, сложив руки на груди.
— В принципе, я так и думал, — выталкивает претензию, а я понять не могу, к чему он вообще. — Сбегаешь?
— Нет, — качаю головой, делая инстинктивный шаг к двери. Вжимаюсь в нее спиной.