2
* * *— Ника, — мама вздыхает. Я прилетела буквально три часа назад. Меня под конвоем привезли в пустующий летом дом Гирша и приказали ждать маму. Ее самолет на тот момент еще не приземлился. Все эти дни она была с Вячеславом.
Мама разглядывает меня как какую-то зверушку, перебирая пальцами брелок на своих ключах.
— Зачем ты это сделала? Зачем сбежала?
— Зачем? Ты серьезно сейчас, мам? Я изначально не хотела туда возвращаться. Но ты и твой новый муж решили все за меня, но даже это я бы смогла пережить. Еще одно лето — не так много, но ты и бабушка — вы меня опозорили. Испортили мне выпускной! Думали только о себе. Вы всегда думаете только о себе, мама. Ты хоть раз задавалась вопросом, как мне там живется? Хоть раз?!
— Я думала, — мама запинается. Опускает взгляд. — Ты всегда выглядела…
— Какая разница, как я выглядела? Ты даже не спросила, за восемнадцать лет моей жизни, ты ни разу не поинтересовалась, хорошо ли мне там?
— Прошлое не вернуть, — подмечает спокойно. — Ника, вы могли попасть в беду. Понимаешь? Он тебя бросил посреди улицы. Как ты вообще додумалась с ним поехать, а?
— Ты же сама говорила, что нам стоит подружиться. Разве нет? Вот я и подружилась. Во всех смыслах! — прищуриваюсь.
Меня несет. Я хочу причинить ей боль. Повергнуть в ужас. Хочу, чтобы она чувствовала то, что чувствую я. Растерянность, подавленность. Чтобы не знала, как с этим жить! Потому что я не знаю. Ничего больше не знаю."
"— Ты о чем сейчас? — мамин взгляд становится еще более взволнованным, а голос — я его едва слышу.
— Не знаю, — улыбаюсь и будто со стороны себя вижу. Общаюсь с ней прямо как Ян. — С ним можно по-разному дружить, — провожу языком по губам.
Мама бледнеет.
— Только не говори, что вы… Ника! Неужели…
— По себе не суди, мам. Ладно? Я не прыгаю в кровать к первому встречному.
Намеренно давлю на больную мозоль. Я так зла. На маму. На бабушку. Но больше всего на Яна. Как он мог?
Хотя что удивительного? Я же с самого начала знала, кто он. Знала — и все равно повелась.
Разве можно было остаться равнодушной ко всем этим долгим разговорам? А взглядам? На меня в жизни никто так не смотрел. Никто…
— Ты всегда думала только о себе. Устраивала свою жизнь, прикрываясь тем, что якобы хочешь для меня чего-то лучшего, — почти слово в слово повторяю Яна. — На что ты рассчитывала-то, а?
— Давай все обсудим.
— Нам нечего обсуждать. Можешь возвращаться к Вячеславу. Никуда сбегать я больше не собираюсь.
Мама что-то говорит мне в спину, но я концентрируюсь на ступеньках лестницы, по которым шагаю, и практически ее не слышу.
Пусть все они катятся в ад. Я буду жить своей жизнью. Только своей!
Уверенность, бушующая во мне, рассеивается к вечеру. Только тогда я и выползаю из комнаты. Долго думаю, с чего начать разговор.