Новый день начинается, как и всегда, с утреннего вопля — из-за поломанной водопроводной трубы или грохота в кухне. Но у меня все еще хуже: завтрак приходит позже обычного, а дверь запираю я сама. Каждое мое утро начинается с неожиданных приступов Арианы, когда она забывает закрыть дверь на засов. В этот раз — из-за водопровода, который вновь вылил холодную чашку прямо на меня....
Собственно, вот и ответ на один из главных вопросов — почему раньше я никогда не замечал в университете магии яркую красавицу мисс Кимберли Уэст.
Девушка заплела огненные волосы в тугую косу, которая сейчас лежала на груди. И переоделась в форму столичного университета магии — в строгое балахонистое платье до пола из рыже-коричневой плотной ткани, которое по уставу заведения нельзя было освежить даже светлым воротничком.
Наверное, все дело было в цветотипе Кимберли, потому что волосы, кожа и одежда слились в одно большое пятно, а вся удивительная внешность девушки словно размазалась и лишилась своей изюминки.
Я вдруг вспомнил стенания одногруппниц, на которые раньше особо не обращал внимание.
— Наша форма просто кошмарна! Ненавижу себя в ней! Обожаю выходные, когда могу надеть красивое и элегантное платье!
— Ректор невероятно упрям в вопросе формы. Он уверен, что скромная и грубая одежда способствует продуктивной учебе и уменьшает количество браков во время нее!
Кимберли поджала губы.
— Почему ты смотришь на меня, как на привидение? У меня рога выросли? Или нос отвалился?
— Почему ты надела форму?
— Потому что сегодня первый день нового учебного года? — вопросительно вздохнула девушка.
— Выпускному курсу разрешено появиться в университете завтра. Сегодня же состоится торжественная церемония для первокурсников.
— Знаю. Однако находиться в этом доме я больше не хочу, поэтому планирую с тобой попасть в столицу.
— Значит, эту форму ты могла надеть завтра, а сегодня какое-нибудь элегантное и милое платье. Ты так не считаешь?
Девушка вскинула тонкую бровь, во взгляде отразилось сначала недоумение, а через время — ирония. Я же отметил, что восхитительные изумрудные глаза тоже потеряли свой блеск и будто потухли. Стали обычными. Невыразительными.
И вдруг разозлился. Неожиданно для самого себя.
Где та фарфоровая статуэтка с невероятными глазами, роскошными локонами и точеной фигурой, из-за которой я пренебрег своей свободой и вляпался в грязную историю⁈
— Ты всегда так болезненно реагируешь, если одежда и внешность девушки не соответствует твоим ожиданиям? — сухо уточнила эта… эта язва.
— Всегда, — не моргнув, солгал я и взял эмоции под контроль.
Рыжая нахалка закатила глаза и фыркнула:
— Мир жесток, ваша светлость.
