В его руках сияющая печать подчинения. Он живой — и это тревожит больше всего. Слабость в теле, голова кружится, а сердце бьется на пределе. Кто из этих мерзавцев посмел ставить такую силу на него? Ответы на эти вопросы не за горами...
Пока вы там под землёй шлялись, Иван-старший практически лишился одного из своих отпрысков! Ну ничего, у него ещё пятеро есть, и ещё один на подходе».
Птица продолжила нести какую-то ерунду, но я оборвал ментальную связь и покосился на графа Бессмертного.
— Что-то случилось? — мигом подобрался он, чувствуя неладное.
— Похоже, наш с тобой заслуженный отдых отменяется, братишка, — ответил я и, подойдя к стене, положил на неё руку.
Будем ломать.
Глава 9
Я стоял перед зеркалом и смотрел на своё отражение.
Выгляжу как опарыш.
Раньше было лучше!
Мой гладкий красивый череп, на котором не было ни грамма лишних тканей, мне нравился гораздо больше. Он завораживающе блестел, отражая яркое сияние моего могущественного ядра Хозяина Смерти.
Я тяжело вздохнул и покачал головой. Работы предстоит уйма. Мало того что хочется полностью оживить себя, так ещё и красоту стоило бы на лице и теле навести.
Столько всего исследовать нужно, столько заклинаний создать!
От предвкушения я начал улыбаться.
Б-р-р! Ужас! Зрелище в самом деле не для слабонервных.
В дверь уборной постучались.
— Господин, вы закончили? — услышал я голос Прасковьи. — Прошу прощения, что отвлекаю, но времени не так много. Если задержитесь, его сиятельство может рвануть в город без вас.
— Да, умылся. Выхожу! — отозвался я.
В голове вспыхнули свежие воспоминания. Раз уж Григория не оказалось дома, я был вынужден сам создать проход из подземного тоннеля в подвал особняка. Правда, предварительно через пингвина Лёху предупредил домочадцев, чтобы не шумели.
В итоге, когда мы вошли в подвал, нас уже встречали две женщины. Та, что постарше, была в чёрном платье с белым передником — Прасковья. Та, что помладше, носила красивое, но слегка потрёпанное жёлтое платье с белыми цветами. Высокая красивая шатенка с выразительным взглядом, острым вздёрнутым носиком и чувственными губами.
Едва мы вошли, девушка бросилась к отцу и крепко обняла его. Затем отпрянула, сдержанно поклонилась остальным, стараясь не пялиться на меня и моих умертвий.
— Маша и Илья ещё не вернулись? — с ходу спросил граф Бессмертный.
— Нет, пап, — виновато проговорила девушка и потупила взор.
